Saint Nicholas Orthodox Skete
Saint Nicholas Orthodox Skete

Украинские Святые и Подвижники                            ХХ - ХХI веков

Преподобный Алексий Голосеевский

 

Священномученик Владимир, митрополит Киевский и Галицкий (1848-1918)      1

Святитель Лука (В.Войно-Ясенецкий) (1877-1961)                                                            3

Преподобный Алексий Голосеевский (1840 — 1917)                                                        7

Праведный Иона, Одесский чудотворец (1855 -1924)                                                    15

Преподобный Лаврентий Черниговский (1868-1950)                                                  23

Преподобный Кукша Одесский (1875 - 1964)                                                                   27

Преподобный Амфилохий Почаевский  (1897-1971)                                                     34

Священник Михаил  Едлинский  (1859 - 1938)                                                               39

Одесский Блаженный старец Иоанн Петрович Жуковский (1890-1960)               45

Схиархимандрит Иона (Игнатенко) (1925-2012)                                                           48

Старец Зосима (Сокур) (1944- 2002)                                                                                  58

Протоиерей Димитрий Песков                                                                                            65

Блаженная Алипия (1910-1988)                                                                                           70

 

 

 

  Священномученик Владимир,

митрополит Киевский и Галицкий

(1848-1918)

 

Священномученик Владимир (в миру Василий Никифорович Богоявленский) родился 1 января 1848 года в с. Малые Моршки Моршанского уезда Тамбовской губернии в семье священника Никифора Богоявленского, впоследствии также принявшего мученическую кончину. Василий с детства близко к сердцу принимал страданию людей, близость к простому народу стала в дальнейшем особенностью его пастырского пути.

            После Духовных училища и Семинарии в Тамбове он в 1874 году окончил Киевскую Духовную Академию со степенью кандидата богословия и получил назначение преподавателем в родную Семинарию. Вскоре женился.

            31 января 1882 года Василий был рукоположен во пресвитера в Покровской соборной церкви г. Козлова и вскоре назначен настоятелем Троицкого храма и благочинным городских церквей.

После трагической смерти жены и единственного ребенка отец Василий поступив в Тамбовский Казанский монастырь, а 8 февраля 1886 года принял иноческий постриг с именем Владимир, на следующий день был возведен в сан архимандрита, назначен настоятелем Троицкого Козловского монастыря, а в октябре того же года - настоятелем Антониева монастыря в Новгороде Великом.

            3 июня 1888 года в Александро-Невской Лавре архимандрит Владимир был рукоположен митрополитом Новгородским, Санкт-Петербургским и Финляндским Исидором (Никольским; + 1892) и другими иерархами во епископа Старорусского, викария Новгородской епархии. Преосвященный Владимир проявлял постоянную заботу об устроении церковноприходской жизни, уделял особое внимание духовно-нравственному просвещению мирян. Его  проповеди привлекали многих слушателей и производили на них сильное впечатление. При поддержке владыки Владимира получили развитие начинавшие тогда вводиться в церковную жизнь внебогослужебные беседы священников с паствой, к которым привлекалось все приходское духовенство.

            19 января 1891 года владыка Владимир был назначен на Самарскую кафедру. Тогда всю губернию поразили эпидемия холеры и неурожай. Митрополит Казанский и Свияжский Серафим (Александров) († 1938) вспоминал впоследствии о том, что святитель «для блага народного, в известные холерные бунты, когда власть терялась, первый пошел к народу с крестом в руках». Благодаря энергичной и самоотверженной деятельности владыки Владимира был учрежден епархиальный комитет взаимопомощи, организован сбор пожертвований пострадавшим. При его содействии устраивались дешевые или даже бесплатные столовые и чайные для голодающих, распространялись через духовенство правильные сведения об эпидемии и средствах борьбы с холерой. Святитель повсюду стремился быть вместе с паствой: совершал о почивших панихиды на холерном кладбище, служил на площадях города молебны об избавлении от бедствий, безбоязненно посещал холерные бараки в местах, охваченных эпидемией. В те тяжелые дни владыка Владимир много внимания уделял и духовному образованию, катехизации населения.

С 18 октября 1892 года в течение шести лет владыка Владимир управлял Грузинским Экзархатом в сане архиепископа Карталинского и Кахетинского. Возглавляя Тбилисскую кафедру, он неустанно трудился над духовным просвещением разноплеменного населения, укреплением и распространением православной веры на Кавказе. Под его руководством было построено и реставрировано более ста храмов, в том числе много старинных, заброшенных; открыто свыше 300 церковноприходских школ, устроена Духовная Семинария в Кутаиси.

             21 февраля 1898 года архиепископ Владимир был хиротонисан в митрополита Московского и Коломенского. Он открывает многочисленные просветительские курсы, общеобразовательные чтения для рабочих в народных домах и публичные богословские чтения для интеллигенции, устраивает благотворительные общества, миссионерские братства, богадельни и приюты.

            Будучи духовным руководителем Великой княгини Елизаветы Федоровны (прославлена в лике святых в 1992 году), митрополит Владимир оказал ей содействие в основании Марфо-Мариинской обители в Москве на ул. Б. Ордынке.

            Вспоминая о служении митрополита Владимира в Москве, один из его современников писал: «Кроткий и смиренный, ничего для себя лично никогда не искавший, правдолюбивый и честный, владыка Владимир постепенно восходил на высоту иерархической лестницы. Он привлек сердца церковной и патриотической России в дни всеобщего шатания и измены (1904 - 1905), когда немногие оставались верными долгу и присяге, твердыми в защите Православной Церкви».

            23 ноября 1912 года Высокопреосвященный Владимир был назначен митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским с присвоением ему звания и прав Первенствующего члена Святейшего Синода. Лишь три года управлял владыка Московской епархией, за открытое осуждение Распутина владыка Владимир в ноябре 1915 года был переведен в Киев.

            Когда большевик захватили Киев, начались грабежи и насилие, сопровождавшиеся осквернением монастырей и храмов, святынь Киево-Печерской Лавры. 25 января 1918 года вооруженные люди ворвались в покои митрополита Владимира и после издевательств над ним вывели его за стены Лавры и  расстреляли. Перед смертью архипастырь совершил молитву, благословил своих убийц и сказал: «Господь вас да простит». Найденное братией его тело было изувечено множеством колотых и огнестрельных ран.

            Честные мощи священномученика Владимира, митрополита Киевского и Галицкого, были обретены летом 1992 года и положены в Ближних пещерах Киево-Печерской Лавры. Память священномученика Владимира празднуется 25 января старого стиля и в день Собора новомучеников и исповедников Российских.

 

 

 

                                     Святитель Лука (В.Войно-Ясенецкий)

(1877-1961)

 

 

Святитель Лука родился в Керчи в многодетной семье провизора Феликса Станиславовича Войно-Ясенецкого 27 апреля 1877. При  крещении его назвали Валентином.

В конце восьмидесятых годов семья переехала в Киев. Феликс Станиславович, был католиком, но его супруга, Мария Дмитриевна, родилась в православной семье, поэтому и детей воспитывала в православных традициях. Глубокая вера пришла к Валентину после осмысленного прочтения Нового Завета, подаренного ему директором гимназии при получении аттестата зрелости.

У Валентина с детских лет была склонность к рисованию, он даже собирался поступать в Петербургскую Академию художеств, но вместе с этим ему хотелось стать сельским учителем или фельдшером, чтобы облегчить трудную жизнь простого народа в Российской глубинке. С такими мыслями пришёл юноша к директору народных училищ Киевского учебного округа. Директор, оценив "народнические стремления" Валентина, убедил его поступать на медицинский факультет.

В 1898 году Валентин поступил на медицинский факультет Киевского университета, в 1903 году успешно окончил его.

Началась русско-японская война. 30 марта 1904 года Валентин в составе отряда Красного Креста выехал на Дальний Восток. В Чите началась практика молодого хирурга. Валентин безупречно выполнял сложнейшие операции.

В 1904 году Валентин женился на сестре милосердия Анне Васильевне Ланской. Вскоре молодые переехали в уездный городок Ардатов, затем перебрались в село Верхний Лубаж. Из соседних губерний приезжали больные к молодому хирургу. Однажды после удачной операции, выполненной Валентином, прозрел молодой нищий. В скором времени исцелённый юноша собрал слепцов со всей округи, многим из них молодой хирург вернул зрение.

В земских больницах Валентину приходилось сталкиваться с тяжёлыми осложнениями после применения общего наркоза. Появление обезболивающих препаратов для местной анестезии наводят хирурга на мысль о необходимости разработки вопросов регионарного обезболивания, и с 1907 по 1916 год он набирает материал для докторской диссертации. Валентин приезжает в Москву, устраивается на работу в клинике крупного учёного П.И. Дьяконова.

В 1915 году в Петрограде вышла первая книга В.Ф. Войно-Ясенецкого "Регионарная анестезия", которая принесла молодому врачу известность в научных кругах. В 1916 году, успешно защитив свою монографию "Региональная анестезия," как диссертацию, он получает степень доктора медицины. В Переславле-Залесском Валентин выполняет сложнейшие операции, в том числе на сердце и мозге. Не смотря на занятость, Валентин в воскресные и праздничные дни посещает церковь. Однажды, составляя план будущей книги "Очерки гнойной хирургии," Валентин вдруг подумал, что "когда эта книга будет написана, на ней будет стоять имя Епископа."

По промыслу Божиему жизнь Валентина сложилась таким образом, что в феврале 1922 года, после смерти жены, по благословению епископа Ташкентского и Туркестанского Иннокентия он принял сан диакона, а через неделю уже был рукоположен в сан священника.

Из воспоминаний Владыки: "Аня умерла тридцати восьми лет. Две ночи я сам читал над гробом Псалтырь... Часа в три второй ночи я читал 112 псалом... И последние слова псалма поразили меня, ибо я с совершенной явью и несомненностью воспринял их как слова Самого Бога, обращенные ко мне: "И неплодную вселяет в дом матерью, радующеюся о детях." Господу Богу было ведомо, какой тяжёлый и тернистый путь ждёт меня, и тотчас после смерти матери моих детей Он Сам позаботился о них... Я принял потрясшие меня слова, как указание Божие на мою операционную сестру Софию Сергеевну Велецкую..., она недавно похоронила мужа и была неплодной, т.е. бездетной...

Она с радостью согласилась исполнить Божье повеление о ней".

В 1923 году ссыльный епископ Уфимский Андрей тайно постриг отца Валентина в монашество, дав ему, новое имя — Лука, в честь евангелиста и апостола Луки, который по преданию был иконописцем и врачом. На съезде туркестанское духовенство, зная высокую духовную жизнь Войно-Ясенецкого, избрало его на Ташкентскую Архиерейскую кафедру.

31 мая 1923 года под Самаркандом два ссыльных Архиерея совершают над ним архиерейскую хиротонию. Патриарх Тихон утвердил и признал законной хиротонию. Вскоре последовали арест и ссылка в город Енисейск. В ссылке Владыка активно занимается врачебной деятельностью. Позже Владыка Лука вспоминал, что, находясь в ссылке в Енисейске в просторном доме, в котором совершались богослужения, он неожиданно встретил незнакомого старика-монаха, который, увидев его "точно остолбенел".

Владыка Лука спросил: "Почему ты так остолбенел, увидев меня?"

— Как же не остолбенеть?! Десять лет тому назад я видел сон... Мне снилось, что я в Божьем храме и неведомый архиерей рукополагает меня в иеромонаха. Сейчас, когда вы вошли, я увидел этого архиерея, — ответил монах.

"Монах сделал мне земной поклон, и за Литургией я рукоположил его во иеромонаха. Десять лет тому назад, когда он видел меня, я был земским хирургом в Переславле-Залесском. А у Бога в то время я уже был епископом... Так неисповедимы пути Господни," — вспоминал Владыка Лука.

В 1926 году Владыка Лука вновь возвращается в Ташкент. После первых же удачно проведённых операций, весть о талантливом хирурге молниеносно пронеслась по всей округе. На врача, читающего молитвы перед каждой операцией, говорящего, что Бог его руками исцеляет больных, стали писать доносы. В награду за бескорыстное служение народу, власти отправили Владыку ещё севернее: в Туруханск, затем Красноярск, позже в заполярный поселок Плахино. 1926 год тяжело больной Владыка возвращается из ссылки и приступает к работе. Однако в 1930 году последовал новый арест. Тяжелый год, проведенный в тюрьме, спровоцировал новые болезни (склероз аорты, кардиосклероз, расширение сердца, сердечная декомпенсация, отеки). Поле тюрьмы последовала ссылка в Котлас, а затем в Архангельск. В 1933 году, после освобождения, Владыке пришлось работать в Андижане, здесь он заболел тропической лихорадкой, осложнившейся отслойкой сетчатки левого глаза. После двух неудачных операции последовала полная потеря зрения на левый глаз.

В 1934 г. вышла книга "Очерки гнойной хирургии", которая принесла Епископу-хирургу известность. С 1935 года Владыка возглавляет главную операционную в Институте неотложной помощи в Ташкенте. Однако в 1937 году шестидесятилетнего профессора вновь арестовывают по обвинение в шпионаже в пользу иностранной разведки. Круглосуточные допросы, перемежающиеся с издевательствами и пытками, не сломили Владыку Луку. Вскоре он был приговорён к трём годам ссылки по этапу: Ташкент, Алма-Ата, Новосибирск, Красноярск, Большая Мурта, Томск.

С 1941 года ссыльный профессор консультировал все госпитали Красноярского края.

Когда в 1942 году срок ссылки закончился, Владыка Лука получил назначение возглавить Красноярскую епархию с возведением в сан Архиепископа. Напряженную работу хирурга Владыка Лука совмещает с борьбой за Православие — добивается открытия новых храмов. В 1944 году госпиталь из Красноярска переезжает в Тамбов, и Архиепископ Лука получает назначение на Тамбовскую кафедру. За огромный вклад в медицинскую науку и практическую хирургию в Тамбове Владыка Лука был награжден медалью "За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-45 годов". С 1945 по 1947 год Архиепископ Лука пишет книгу "Дух, душа, тело, “ в которой доказывает, что ничто не препятствует гармоничному сочетанию веры и науки.

1945 год — Луку ссылают в Симферополь. В этом же году Патриарх Московский наградил Владыку Луку бриллиантовым крестом на клобук, а в 1946 году Владыку назначают Архиепископом Крымским и Симферопольским. Владыка продолжает врачебную деятельность, читает лекции по медицине. Однажды на заседании хирургического общества военный хирург задал вопрос Владыке:

— Как вы, такой специалист, хирург, можете верить в Того, Кого никто никогда не видел, в Бога?

Профессор ответил: "Вы верите в любовь?"

 

— Да.

 

— Вы верите в разум, а вы видели ум?

 

— Нет.

 

— Вот и я не видел Бога, но верю, что Он есть.

 

В 1959 году отвечая в письме на вопросы студентов мединститута, интересующихся как можно совмещать научную деятельность с глубокой верой в Бога, Владыка писал, что нельзя судить о религии по антирелигиозной пропаганде:

— Глубоко религиозным я был с детства, и вера моя не только не уменьшилась по мере приближения старости..., а всё более углубилась.

За 38 лет священства и архиерейского служения я произнёс около 1250-ти проповедей... Свои "Очерки гнойной хирургии" я написал, уже, будучи епископом.

Лишённой возможности трудиться в больнице, учёный продолжает принимать больных у себя дома, на его двери было вывешено объявление, в котором сообщалось, что профессор медицины ведет бесплатный приём больных. Самые безнадёжные больные, исцелялись после посещения Владыки Луки. Успешное лечение было связано не только с профессиональным умением профессора медицины, но и с глубокой верой Владыки. Он учил и больных просить выздоровления у Бога. По свидетельству очевидцев в последние годы жизни, теряя зрение, Владыка продолжал помогать страждущим, консультировал, вымаливал безнадёжно больных людей.

Однажды к Владыке привели двенадцатилетнего мальчика. На шее у больного образовалась опухоль, свисающая на грудь. Владыка попросил мать больного мальчика не слушать врачей настаивающих на операции, а зайти к нему через три дня. Через три дня благодарная мать привела под благословение архиерею полностью выздоровевшего сына.

Когда священник Леонид Дунаев рассказал Владыке о тяжело больной жене, то услышал ответ: "Не смейте давать ей лекарство". На третий день он посетил прикованную к постели матушку Капитолину, широким крестом благословил больную и сказал:

— Вот вам лекарство: во имя Отца и Сына и святого Духа!

Когда Владыка Лука уехал, исцелённая по молитвам праведника матушка Капитолина, сразу поднялась с постели.

Узнав о том, что у жены священника Иоанна Милославова "случился приступ, “ а врачи скорой помощи не найдя ничего серьёзного отказали больной в госпитализации, Владыка серьёзно обеспокоился. Он рекомендовал срочно сделать операцию. Когда по настоянию профессора врачи вскрыли брюшную полость, то обнаружили нарыв, который "вот-вот был готов разорваться". Врачи были поражены точной диагностикой архиепископа Луки. Матушка Надежда была спасена.

В 1956 году Владыка полностью ослеп. Но больные, верующие в силу молитв старца всё так же обращались к нему за помощью.

Однажды к Владыке Луке обратилась за помощью мать больной Галины, с диагнозом: саркома головного мозга.

— Я буду молиться, — пообещал Владыка Лука.

Господь услышал молитвы праведника: Галина выздоровела, впоследствии она закончила мединститут, защитила кандидатскую диссертацию...

 

По его молитвам была исцелена молодая женщина, долгое время страдающая от болей в горле (врачи не смогли ей помочь). Владыка перекрестил больную, помолился и сказал: "Теперь ты будешь здорова". Через несколько дней исцелённая женщина уехала к мужу на Дальний Восток.

 

Семен Каменский был безнадежно болен и попросил Архиепископа Луку присутствовать на операции. Святитель спросил: "Веришь ли ты в Бога?" — "Верю, Владыка, но в церковь не хожу." — "Молись! Благословляю тебя и отстраняю от операции. Пятнадцать лет ты не будешь иметь никакой болезни". Так и случилось, по слову Святителя.

Многие люди были благодарны Владыке Луке, в своих письмах они писали ему, что он оживил их и духовно. Владыка и сам считал, что как бы высоко не ценилась людьми его медицинская деятельность, но архиерейская деятельность была неизмеримо важнее.

Преставился Святитель Лука 11 июня 1961 года. В этот день Церковь праздновала память всех святых, в земле Российской просиявших. Вскоре на могиле Святителя Луки стали происходить чудеса исцелений.

 

Определением Синода Украинской Православной Церкви от 22 ноября 1995 года Архиепископ Симферопольский и Крымский Лука причислен к лику местночтимых святых.

 

Тропарь Святителю Луке, глас 1

 

            Возвестителю пути спасительного, исповедниче и Архипастырю Крымския земли, истинный хранителю отеческих преданий, врачу богомудрый Святителю Луко, Христа Спаса непрестанно моли веру непоколебиму Православным даровати, и спасение, и велию милость.

 

 

 

 Преподобный Алексий Голосеевский (1840 — 1917)

 

 

Преподобный Алексий Голосеевский (в миру – Владимир Иванович Шепелев) родился 14 апреля 1840 года, в первый день Пасхи в семье  дворянина капитана Киевского Арсенала Ивана Иоанновича Шепелёва. Примечательно то, что 7-го августа 1832 года архиепископ Воронежский Антоний (1773 – 1846) предсказал его матери Марии Кузьминичне при открытии мощей святителя Митрофана Воронежского, что у неё  родится сын-калека, но утешил: «Не скорби об этом, он будет Божиим слугой».

Предсказание сбылось, Владимир  родился немым. Мать не отчаивалась, а уповала на Господа. Слова утешения она услышала однажды от  блаженного Феофила*, который  предсказал,  что ее сын будет монахом и священником. Она часто бывала с сыном в Китаевской пустыни Киево-Печерской Лавры, где в то время подвизался Христа ради юродивый старец иеросхимонах Феофил (ныне прославленный) однажды увидев маленького Владимира, он произнёс: «Ага... монашонок идёт, монашонок...»

Отца Владимир лишился в трёхлетнем возрасте, мать с детства учила его христианской любви к ближнему и милосердию. По условиям того времени дети дворян обязаны были получать образование в военных школах и после этого проходить службу в офицерском звании. По милости Божией  из-за немоты Владимир был освобождён от военной службы.

Мария Кузьминична часто заходила к митрополиту Киевскому Филарету (Амфитеатрову) с просьбами помолиться за сына. Владыка говорил: ««Господь милостив и всемогущ. Он поможет Вашему сыну». Он советовал скорбящей матери усилить молитву и увеличить милостыню. В 1853 году владыка велел Марии Кузьминичне присутствовать на службе в первый Пасхальный праздничный день вместе с сыном в его домовой церкви, сооружённой в честь Святителя Митрофана Воронежского. После окончания службы, когда все разошлись,  Мария Кузьминична с сыном подошла к владыке. Митрополит дал им поцеловать крест и обоих благословил. Затем, неожиданно обратившись к отроку Владимиру, он велел ему поцеловать свою палицу. Когда Владимир с благоговением поцеловал висящую на святителе палицу**, владыка Филарет громко сказал ему: «Христос Воскресе!» Но мальчик не ответил. Владыка повторил своё приветствие, но ответа не было. Тогда святитель в третий раз сказал: «Христос Воскресе!» — И, о, чудо! Мальчик восторженно ответил: «Воистину Воскресе!» (**Часть церковного облачения высшего духовенства в виде парчового квадрата.)

Счастью матери не было придела. Она бросилась благодарить митрополита, но он заметил, что чудо сотворил Господь, и благодарить нужно Бога за Его великую милость.

По совету митрополита мать отдала сына на воспитание в Киево-Печерскую Лавру. Когда  спустя четыре дня Мария Кузьминична внезапно скончалась, владыка взял все заботы о воспитании Владимира на себя. Будущий подвижник получил прекрасное духовное и светское образование, благодаря тому, что святитель пригласил для обучения Володи лучших педагогов. Следует отметить, что некоторое время духовно окормлял Владимира духовник митрополита Филарета ныне прославленный – преподобный Парфений Киевский.

Владимир обычно жил в Лавре, а летом с Митрополитом и старцем Парфением уезжал в Голосеевскую пустынь. 25-го марта 1855 года старец Парфений отошёл ко Господу,  владыка Филарет предвидя и свою близкую кончину, благословил Владимира подать прошение в Духовный Собор Лавры о зачислении его в число послушников Киево-Печёрской обители.  (***Митрополит Филарет скончался в 1857 году.)

Незадолго до смерти святителя Владимир был записан в число послушников Лавры. Трудился он при типографии. В 1872 году его постригли в монашество с именем Алексий – в честь Алексия, человека Божия, в тот же год  в день памяти Святителя Митрофана Воронежского — 23-го ноября состоялось  посвящение в сан иеродиакона. 

В день святителя Николая 6 декабря  1875 года отец Алексий неожиданно для всех был возведён митрополитом Арсением в сан иеромонаха. На престольным праздник в Николаевском монастыре должен был служить митрополит Арсений. К этому торжественному дню, по указанию лаврского начальства, готовились к рукоположению: один монах — в сан иеродиакона, и один иеродиакон — в сан иеромонаха.  За  несколько дней до праздника наместнику Лавры, архимандриту  Варлааму, в сонном видении явился  Святитель Николай и велел представить к рукоположению в иеромонахи иеродиакона Алексия. Архимандрит Варлаам доложил о своем сне митрополиту Арсению, который, выслушав рассказ, распорядился намеченного к рукоположению на 6-ое декабря иеродиакона оставить до другого праздника, а вместо него рукоположить иеродиакона Алексия. После  рукоположение в сан иеромонаха на отца Алексия было возложено новое послушание, которое он нёс до конца своих дней —духовничество.

Отец Алексий был духовником и нес послушание ризничего Ближних пещер, с октября 1885 года  был ризничим и Великой Лаврской церкви. За смирение и чистоту сердца отец Алексий удостаивался от Бога благодатных дарований: рассуждения и  прозорливости.

По милости Божией подвижнику стало открываться то, что сокрыто для других. Приведём отрывок из жития преподобного Алексия: «Однажды, когда он служил литургию в Ближних пещерах во Введенской церкви во время выноса Святых Даров подошел причащаться Христа ради юродивый старец Паисий. Отец Алексий, когда увидал о. Паисия, то даже отступил с Дарами в алтарь  - лицо блаженного старца Паисия сияло неземным светом!

Другой раз Господь открыл отцу Алексию день смерти Государя Александра 2-го. 1-го марта 1881 года о. Алексий совершал божественную литургию в сослужении иеродиакона Тихона в пещерной церкви Преподобного Антония.  По совершении проскомидии перед покрытием дискоса и чаши покровцами взор отца Алексия остановился на частице, вынутой в честь Государя Александра 2-го: частица показалась ему не белой, какими были все прочие частицы, а светло-коричневой, как бы облитой вином. Тогда о. Алексий подзывает иеродиакона Тихона и, не говоря ничего о замеченном изменении частицы, спрашивает его, не облил ли он нечаянно при влитии вина в чашу частиц. Иеродиакон заявил, что он вина при влитии его в чашу не проливал... В великом смущении и скорби о. Алексий начал божественную службу. Теперь он не сомневался, что частица не была облита вином, а это великое Божие чудо, предзнаменующее какое-либо событие в жизни Государя Александра 2-го. Этим событием оказалась смерть Александра 2-го, который в этот именно день был убит в Петербурге...

      1896 году вся Россия трепетно и радостно ожидала открытия мощей великого угодника Божия, более 200 лет нетленно почивавшего в Чернигове,— святителя Феодосия... 9-го сентября — город принял вид волнующегося человеческого моря. Прибыл в числе почётных гостей и митрополит Киевский Иоанникий...

О. Алексию, как одному из самых уважаемых и почётных гостей, было поручено переоблачить святые мощи. С великим благоговением совершив их переоблачение в пещере, где они почивали, старец погрузился в молитву — и тут ему, как бы в тонком сне, предстало дивное видение. В великой славе предстал ему сам Угодник Божий и сказал: «Спасибо тебе за то, что потрудился для меня. Поминай на проскомидии моих родителей иерея Никиту и Марию». «Святитель Божий,— отвечал поражённый старец,— как же я, грешный, дерзну молиться о них, когда сам ты пребываешь в такой славе у Господа?» — «Поминай их при принесении Бескровной Жертвы,— снова повторил Святитель,— ибо это — выше моих молитв». Видение закончилось. Не чувствуя себя достойным подобного откровения и не доверяя себе, старец, несмотря на поздний час, поспешил к Владыке Митрополиту и, павши ему в ноги, поведал о бывшем с ним. Внимательно выслушал мудрый архипастырь взволнованного старца и успокоил его, говоря: «Верю, что Господь устами святителя Феодосия поистине открыл тебе великую тайну безмерной Своей милости, даруемой Им людям через нас, недостойных пастырей, при совершении Божественной Литургии и принесении Бескровной Жертвы. До времени умолчи о бывшем тебе видении, молись, как заповедал тебе Угодник Божий, а там сам Господь имиже весть судьбами поможет тебе утвердиться в виденном».  Нужно же сказать, что ни память народная, ни история не сохранили имён родителей Святителя Феодосия.

      Слова Владыки оказались пророческими. Прошло несколько лет, и в одном из самых древних киевских монастырей — Выдубицком — был найден Синодик из рода Углицких и в нём собственноручная запись святителя Феодосия, бывшего в том монастыре игуменом, имён его родителей: иерея Никиты и Марии».


Отец Алексий прожил в Лавре более 38 лет, после этого его перевели на четыре года в Спасо-Преображенскую, затем —   в Голосеевскую пустынь. В Голосеево старец Алексий жил до конца своей земной жизни, он всего себя отдавал служению Богу и людям, нес послушание духовника и ризничего. От богослужения его освободили из-за болезни лишь за год до смерти. Будучи в последний год своей жизни больным, он не перестал принимать посетителей, при этом признавался говорил: «Я мог бы уйти от этой суеты в богадельню и там совершенно успокоиться, но не могу я бросить этих страждущих людей, приходящих ко мне за помощью». До последних дней к старцу Алексию шли за духовной помощью страждущие, уходили от него, утешенные, согретые его любовью. Всех он встречал с радостной улыбкой, со словами: «Пожалуйте, моё сокровище».  Благодатный старец  каждого человека называл «моё сокровище», так как все люди были для него бесценным сокровищем, и так он учил относиться к ближнему и своих духовных детей. Старец Алексий любил угощать своих посетителей. Он сажал посетителей  за стол, угощал чаем с булками, маслом и вареньем. Бедным людям он давал с собой пищевые продукты или деньги.

После исповеди у старца Алексия или беседы с ним люди перерождались, становились умиротворенными, обретали смысл жизни. Среди его духовных чад были Киевские митрополиты и наместники монастырей, монашествующие и миряне.

    За великое смирение праведник удостоился от Бога дара прозорливости. Многое было открыто избраннику Божиему. В качестве примера приведём Отрывок из воспоминаний участника первой мировой войны р. Б. Николая, посетившего старца в 1916 году:  «Мы шли по длинному коридору, по сторонам которого были равноудалённые двери. Пред одной из них мы остановились. «Молитвами Святых отец наших, Господи Иисусе Христе, помилуй нас!» — проговорил послушник. «Аминь!» — раздался приглушённый ответ. Послушник отворил дверь, и я вошёл в сени кельи, а затем и в самую келью... “Идите, идите, раб Божий! Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа» — благословил меня старец. Я очнулся и с усердием поцеловал руку старца. Сняв руку с моей головы, старец подошёл к окну и благословил мою семью, что меня очень обрадовало. Затем он пригласил меня в соседнюю комнату. С благословения старца, мы сели на скамейку. То была комнатушка с изношенным деревянным полом и обветшалыми стенами. Слепая занавеска на единственном окне. В углу небольшой иконостас со старинными иконами, пред ними — лампада. Аналой, на нём — Евангелие, крест, епитрахиль. Вплотную к стене топчан, покрытый старым одеялом, из-под которого виднелась солома — ложе старца...

       «Что же, на войну идёте, раб Божий? Идите, идите, Господь благословит Вас... Четыре месяца быстро пробегут... Будете ранены, а потом возвратитесь домой... А как Ваше имя?»

       Старец подошёл к иконостасу и начал молиться. Я встал. Молитва была короткая. Старец снова сел. Я, наконец, пришёл в себя и начал беседу.

 

       «Скажите, отец Алексий! Ведь Россия победит своих врагов — не так ли? Недавно я получил письмо от генерала Духонина. Он пишет, что хотя Германия и её союзники надломлены, но война будет долго длиться...»

      Отец Алексий слегка качнул головой. Лицо его приняло сосредоточенное выражение. Взор старца ушёл в какую-то даль.

       «Что будет, что будет с Россией! Боже мой, Боже мой! Что война, война? Кровью зальётся Русская земля. Храмы поколеблются, кресты снесут с них, а мощи святых угодников в Днепр побросают!.. В зверей люди обратятся! Много изменников окружают Царя... Много прольётся христианской крови».

.... Повернувшись ко мне и положив руку на голову, старец с незабываемой любовью произнёс: «Да благословит Господь раба Божия Николая на бранное дело... Спаси Вас Господь!..»

       «Когда вернётесь, Господь позовёт меня на Суд Свой» — проговорил старец и низко поклонился мне... Я ответил глубоким поклоном и вышел из келии...

       Ровно через четыре месяца я был на фронте и участвовал в боях. В одном из них, в атаке, я был ранен. Отправленный в Киевский госпиталь, я быстро поправился. Я вспомнил о старце. Знакомый епископ сообщил мне, что старец уже о Бозе почил».

Летом и осенью 1916 года старец, предчувствуя скорую кончину, говорил своим духовным детям, что ему уже не придётся больше красного яичка кушать. За месяц до своей смерти, прощаясь с одной уезжающей на позиции сестрой милосердия по имени Александра, отец Алексий сказал ей: «Больше мы с тобой уже не увидимся». И действительно, когда эта сестра милосердия, приехавши в Киев, пошла в Голосеевскую пустынь, то там нашла только могилку батюшки. Старец Алексий мирно почил о Господе 11/24 марта 1917 года. По свидетельству очевидцев: «Тихо угас светильник веры... Точно уснул батюшка на время, его лицо  после смерти не выражало предсмертных мук: оно было ясно, мирно и спокойно». Божественную литургию и отпевание совершал духовный сын старца Алексия, начальник Преображенской пустыни, архимандрит Анфим в сослужении монашествующей братии. Похоронили подвижника у алтаря Киевской Голосеевской церкви в честь иконы Божией Матери, именуемой «Живоносный Источник».

В 1925 году отец Алексий дважды  во сне являлся  наместнику Лавры Архиепископу Димитрию (Абашидзе) и просил перезахоронить его в другое место, говорил, что он «плавает в воде». Владыке удалось получить разрешение на перезахоронение, но представители власти выдвинули  условие: «Если вода в могиле не будет обнаружена, то все зачинщики будут арестованы и преданы суду».

После получения разрешения, отслужили всенощную, а утром Божественную Литургию, после литургии — панихиду по отцу Алексию. После этого все отправились к месту захоронения. При большом стечении людей сам владыка  взял лопату и очистил холмик над могилой, потом дал лопату солдатам, они начали копать в глубину. Не успели прокопать на глубину лопаты, как все провалились в воду, и все увидели, что гроб о. Алексия плавает наверху. Владыка с христианами радовались. После успокоения взяли гроб с телом о. Алексия и занесли в церковь, вся она наполнилась благоуханием. Святые мощи источали миро, многие люди исцелились от различных недугов, после миропомазания.

В 1993 году началось возрождение Голосеевской Пустыни. 15/28 июля 1993 года состоялось прославление подвижника в лике местночтимых печерских святых во время  всенощного бдениея в Троицком храме Киево-Печёрской Лавры сонмом архиереев. 4 октября 1993 года состоялось обретение его мощей.

 

 

Высказывания и  наставлений преподобного  Алексия:

 

Приближение человека к Богу есть приближение его к своему счастью; удаление человека от Бога есть удаление его от своего счастья.

Милосердие Божие по отношению к милосердию человеческому есть то же, что целое море по отношению к капле воды.

Кто не ищет власти, тот не боится и лишиться её.

 
Наставления монашествующим:

 

Памятуй о смерти, хотя монах и без того мертвец для мира.

Монах, как солдат, должен быть на всё готовым.

Бегай праздности и неси безропотно своё послушание.

Повинуйся во всём настоятелю и старшей братии. Послушание велико: пророк Моисей однажды не послушался Господа — и не вошёл на обетованную землю.

Смиряй свою плоть, воюющую на дух; храни чистоту душевную и телесную.

Для монаха постоянное правило — непрестанная молитва Иисусова, сменяемая молитвою к Пресвятой Богородице.

    
Наставления мирянам:

 

Да будет во всём Его святая воля — «да будет воля Твоя...»

Христианину необходимо всегда быть мыслями со Христом.

Своё «я» везде следует устранять, и на хуления и злословия других смотреть как на вразумление Божие.

К себе должно относиться строго, а к другим — снисходительно. Человека борют нечистые помыслы; это пройдёт — злость на сердце нападает, а после этого — уныние и т.д. Одно сменяется другим. А всё это для нашего смирения.

Смирение необходимо в себе воспитывать.

Молитва, соединённая с милостынею,— великое дело: сам на себе испытал.

Поститься должно так, чтобы никто не знал об этом.

Делай добро, пока руки теплы.

Лишнее раздавайте своими руками.

Нельзя пройти по пути духовной жизни, не зная искушений, но Господь не посылает человеку искушений выше его сил.

Болезнь тела рождает смирение души, как Апостол говорит: «Если наш внешний человек тлеет, то внутренний со дня на день обновляется».

Сначала поклоняемся «Кресту Твоему», а потом и «Воскресение Твое» славим. Так и в человеческой жизни: сначала страдания, а потом радость.

Во время скорбей необходимо терпение с великодушием.

Единственный способ облегчения скорбей — это слёзы, терпение и молитва.

Когда ниоткуда нельзя ожидать помощи, тогда является небесная помощь.

Люди ответят за страдание бессловесной твари.

 

 

 

* Преподобный Феофил (Феофил Киевский, в миру — Горенковский Фома Андреевич; 1788, Махнов (Киевская губерния) — 28 октября 1853) — киевский святой, иеросхимонах Киево-Печерской лавры, подвижник XIX века, юродивый.

Родился в семье священника в годе Махнове Киевской губернии. Житие сообщает, что после своего рождения Фоме не хотел принимать материнское молоко, но не отказывался от постной пищи (разваренная репа и морковь). Это вызвало ужас у его суеверной матери и она трижды пыталась утопить ребёнка, но он чудесным образом был спасён. К семи годам Фома осиротел и стал скитальцем, что предопределило его будущее юродство. Скитания по семьям родственников привели юного Фому в Киево-Братский монастырь, где он начал обучение в Академии. Вскоре Фома оставил обучение, стал пономарём сначала в Чигирине, потом в Обухове. Во время Отечественной войны 1812 года он вернулся в Братский монастырь и стал послушником.11 декабря 1821 года Фома был пострижен в монашество с именем Феодорит.30 сентября 1822 года его рукоположили в иеродиаконы. 6 февраля 1827 года Феодорит стал иеромонахом. 9 декабря 1834 года Феодорит был пострижен в великую схиму с именем Феофил. После этого он принимает на себя подвиг Христа ради юродства. За советами и благословением к старцу обращались многие люди. Известно, что Феофил водрузил кресты на будущем месте устроения Спасо-Преображенской пустыни и Ионинского монастыря. Ему приписывают предсказание о возникновении женского Покровского монастыря на Глубочице (основан через 36 лет после его смерти великой княгиней Александрой Петровной).

 

***

 

Святитель Филарет, митрополит Киевский и Галицкий

День памяти: 20 декабря / 3 января

 

Высокопреосвященный Филарет, митрополит Киевский, родился 17-го апреля 1779-го года в с. Высоком, кромскаго уезда, Орловской губернии, и при крещении был назван Феодором. Отец его, Георгий Никитич Амфитеатров, был священником. Первоначальное обучение он получил дома под руководством своего родного дяди-диакона Иоанна Никитыча. Феодор был обучен чтению по псалтири и часослову и письму. Кроме того, ему преподавались начатки и других наук. В десятилетнем возрасте он был принят  во второй класс духовного училища, а 16-ти годам уже учился в богословском классе Севской духовной семинарии.

На 19-м году жизни он окончил курс Севской семинарии и был назначен учителем той же семинарии.  Вскоре Феодор постригся в монахи с именем Филарет, затем был посвящен в сан иеромонаха. Иеромонах Филарет был  префектом (инспектором), а затем и ректором Севской семинарии и возведен в сан игумена.

Пятилетняя служба архимандрита Филарета при московской академии закончилась возведением его в сан епископа, в каковом сане он последовательно проходил служение в Калуге, Рязани, где за участие в Короновании Императора Николая I был пожалован саном архиепископа, и в Казани. 18 апреля 1837 года он получил высшее назначение — быть митрополитом Киевским, в каковом сане он провел 21 год своей жизни и деятельности.1857-й год был последним в жизни митрополита. Филарета. Рано утром 21 декабря митр. Филарет по обычаю причастился св. Таин и пред самою смертью исповедался. Владыка Филарет отошёл ко Господу на 79-м году жизни. Большой лаврский колокол разнес по всему Киеву печальную весть об этом. 29 декабря почивший митр. Филарет был погребен у ближних пещер в надпещерной церкви Воздвижения Креста Господня, где сам почивший назначил место своего вечного упокоения

 

По материалам журнала «Русский Паломник» Валаамского Общества Америки,

№ 8, 1993

Блаженный Феофил. http://lib.pravmir.ru/library/readbook/1982

Житие митрополита Филарета. Сайт Татарской Митрополии. http://kazan-mitropolia.ru/mesyaceslov/gitiefilaretakievgo/

 

 

 

               Праведный Иона, Одесский чудотворец (1855 - 1924)                                               

 

Протоиерей Иона Моисеевич Атаманский родился 14/27 сентября 1855* года в семье дьякона храма Рождества Пресвятой Богородицы в Одессе на Слободке Романовке. В раннем детстве Иона лишился отца, вскоре после этого отошла ко Господу и его мать.  Известно, что его мать Гликерия, желала, чтобы сын пошел по пути отца, умирая, она благословила его следующими словами: «Хочу, чтобы ты был добрым пастырем». (*1852 г. — по данным протоиерея В. Чемены)

Оставшись круглым сиротой, Иоанн многие дни и ночи проводил на кладбище у могилы родителей. После того как сторож прогнал его, он стал скитаться по улицам у моря, ночевал где придется, пока не нашел приюта на одной из колоколен Одесской церкви, но и оттуда его прогнали. Позже жил у дяди, а потом и бывшей няни. После окончания школы мальчик продолжал обучение в духовном училище. Преподаватели отмечали его хорошие способности и прекрасный голос.

После окончания обучения юноша вступил в церковный брак с девицей Анастасией. За их совместную жизнь было у них девять детей. В 1884 году отец Иона был рукоположен во диакона, а через два года — во священника.

Преосвященный архиепископ Никанор (Бровкович), рукополагавший отца Иону, говорил окружающим: «Берите благословение у отца Ионы, это будущий добрый пастырь, и я чувствовал на нем особенную благодать. Душа его горит священным пламенем…»

Святитель Никанор назначил отца Иону сельским миссионером. Отец Иона восемь лет служил в селе Кардашовка, с 1897 года - в Свято-Успенском храме г. Одессы (ныне кафедральный собор). Верующие чувствовали в нем великого молитвенника. Для них он был и духовником, и отцом родным.

3 июня 1901 года отец Иона отслужил последнюю литургию в Успенском храме, по Промыслу Божиему ему предстояло  стать настоятелем Портовой Свято-Николаевской церкви.

            За своё великое смирение и любовь к Господу и ближним подвижник удостоился дара исцеления. Приведем отрывок из жития праведного Ионы об одном из исцелений по его молитвам: « Однажды привели к о. Ионе бесноватого. Больной стал кричать. Батюшка после молитвы сказал духу: «Выйди из него!»

— Я страшный, — отвечал бес.

— Праведник тебя не боится, а грешный не увидит! — говорит опять о. Иона. И так три раза. После третьего раза бес вышел. За изгнание бесов враг жестоко мстил семье о. Ионы.

Стоило ему изгнать беса, как в доме происходил пожар без всякой видимой причины. Измученная семья не любила, когда приводили бесноватых для исцеления, зная, что снова будут беды. Враг мстил о. Ионе и через его родных детей** ».    ( ** Много горя принесла ему его родная дочь София. Скорбя о ее душе, перед своей смертью он сказал: «Я вымолю тебе у Бога мучительную смерть для покрытия твоих грехов и для спасения». Впоследствии она сошла с ума и попала в дом умалишенных. Когда пришли немцы, они расстреляли ее вместе с другими психически больными.)

 

Он прекрасно пел, и сам сочинял напевы на многие духовные песнопения.

 Его сравнивали с древними праведниками. Святую Четыредесятницу батюшка проводил очень строго. Ничего не вкушал, лишь часто причащался. Никуда не отлучался из церкви, даже домой. Изредка только выходил в находившуюся рядом с алтарем комнату, в которую никто не имел доступа, кроме него. В ней помещался громадный, во всю стену, образ преп. Серафима Саровского, которого о. Иона очень чтил.

Сохранились воспоминания одного паломника из Москвы. Вот как он описывает богослужение батюшки во св. Четыредесятницу: «С трепетом и радостью переступил я порог маленькой Свято-Николаевской церкви. Было еще рано, около половины седьмого утра, а людей в храме было много. После я узнал, что во всю св. Четыредесятницу двери храма не закрываются ни днем, ни ночью. Народ остается в церкви на всю ночь. Ночью в храме читается псалтирь. В 12 часов ночи о. Иона совершает полунощницу и читает коленопреклонно акафист Страстям Господним, в субботу читает акафист Божией Матери, а в воскресенье — Пресвятой Троице. Служба оканчивается в два часа ночи. Народу бывает полный храм. Батюшка Иона всем молящимся раздает по куску черного хлеба. Приезжие бедняки только и питаются этим благословенным хлебом, остатки хранят как святыню, дорожа благословением дорогого батюшки. (Полунощница - общественное богослужение, совершаемое в полночь.)

Когда я переступил порог храма, на меня повеяло чем-то небесным, святым. Я чувствовал себя, как среди древних христиан, которые собирались по ночам в катакомбах или подземных храмах на молитву. Вот вышел из алтаря о. Иона и стал прикладываться к иконам, изображая на себе крестное знамение широким крестом, с глубоким поясным поклоном. Приложившись к святым иконам, о. Иона стал совершать проскомидию. На клиросе чтец начал читать утренние молитвы. С благоговением я смотрел на батюшку. Я не мог отвести глаз от его кроткого, изможденного подвигами лица. Мир и небесный покой, необыкновенная сила и мощь души отражалась в каждой черте его лица.

По окончании утренних молитв о. Иона вышел на амвон и стал читать канон Пресвятой Троице, который он читает каждое воскресенье. Умиление, надежда, вера, упование, глубокое благоговение слышались в этом трогательном чтении. Читая, о. Иона как бы беседует, разговаривает с Пресвятой Троицею и Божией Матерью, как бы Они здесь перед ним находятся, а не там, где-то в недосягаемой для нас выси, в надземных заоблачных мирах. В спокойном, тихом голосе слышится глубокая искренняя вера. Сам он при этом всецело сосредотачивался на читаемом.

На клиросе певчие пели ирмосы канона. Хорошо спетые певчие пели стройно, искренне, с воодушевлением... После канона начали звонить к литургии. На проскомидии просфор было так много, что их приносили сюда большими подносами... Я смотрел, как о. Иона долго-долго вынимал частицы и поминал о здравии и о упокоении. Душа моя ощущала здесь что-то особое, великое, святое. Я ощущал духом, что предо мною стоит и молится праведник... Проскомидию о. Иона совершал вслух. При призывании Спасителя, Божией Матери и святых в каждом слове слышалась такая вера, что, казалось, призываемые здесь находятся и внемлют молитвенным словам. Сердце мое наполнилось священным страхом и благоговением.

Началась литургия. Молитвенный дух о. Ионы передавался и проникал в сердца певчих и всего народа. В храме была такая тишина, как будто весь народ замер для здешней жизни, как будто его не было совсем в храме, а слышались только возгласы о. Ионы и пение певчих. Постепенно молитвенный дух все усиливался. Не забуду никогда молитвенного чувства, охватившего меня под влиянием великого молитвенника — о. Ионы... Вспомнил я тогда слова о. Иоанна Кронштадтского, который говорил: «Священник есть звено, соединяющее небо с землей». Во время пения «Тебе поем», когда бывает преложение Даров, душа моя наполнилась священным страхом и вместе с тем неизреченной радостью и умилением, и у меня из глаз полились покаянные слезы...

У него всегда причащалось много народа. Он, подобно о. Иоанну Кронштадтскому, и сам очень часто приобщался Св. Таин. Приезжавшие к нему всегда говели по его благословению, подобно древним христианам, которые причащались очень часто. Во время причащения, я увидел, как к Чаше подводили больных, так называемых бесноватых, которые во время литургии изрыгают страшные и богохульные слова и кричат на всю церковь. К о. Ионе привозят бесноватых очень часто, иногда их бывает по несколько. Вот ведут к Чаше бесноватую женщину, она упирается и не идет, ее подносят на руках. После причащения она умиротворилась, успокоилась. «Дивны дела Твои, Господи!»— подумал я. Потом подвели бесноватого мужчину, еще не старого. Он не хотел идти и говорил разные нелепости. Пред святой Чашей он присмирел и причастился. По окончании литургии о. Иона стал раздавать всем антидор. На клиросе в это время пели очень протяжно и умилительно 33 псалом «Благословлю Господа на всякое время…». Когда о. Иона раздавал антидор, подвели страждущую беснованием 18-летнюю девицу Елену Мазур... Она не хотела брать антидор. Отец Иона говорит ей: «Посмотри на меня». Как только она взглянула в лицо о. Ионы, то, по ее словам, почувствовала, как некая сила осенила ее, и внутреннее томительное и мучительное чувство исчезло. После сего она несколько раз причащалась у о. Ионы и совершенно выздоровела.

Раздав антидор, о. Иона вышел на середину храма и стал совершать освящение воды, которое он совершал каждое воскресенье и даже по будним дням. Молящиеся стали подавать массу записок. Сколько глубокой веры слышится в каждом молитвенном слове о. Ионы...

Кончился молебен. Отец Иона погружает крест в воду... Я заметил, что крест у о. Ионы из кипарисового дерева, обложен по сторонам каким-то вызолоченным металлом, в подножие вставлена частица Животворящего Креста Господня. В середине креста есть пустота, в которую набирается вода и маленькими струйками льется чрез нижний конец креста. Богомольцы раскрывают рот, и о. Иона льет воду из креста в рот и на лицо всем присутствующим в храме. После этого все прикладываются к кресту, и о. Иона окропляет их святой водой.

После всех подошла к кресту и успокоившаяся страждущая бесноватая. Когда о. Иона окропил ее святой водой, она воздела вверх руки и проговорила: «Слава Тебе, Господи Боже мой, слава Тебе!» Когда все приложились ко кресту, о. Иона сделал пред царскими вратами у образа Божией Матери земной поклон, а певчие громогласно запели: «Владычице, приими молитвы раб Твоих, и избави нас от всякия нужды и печали!» К певчим присоединились голоса многих молящихся в храме, и вся церковь, как бы едиными устами и единым сердцем, слилась в молитву... Окончилась служба, но молящиеся не расходились, несмотря на то, что было уже половина первого (иногда служба оканчивалась гораздо позже)...

Мне не хотелось уходить отсюда. Казалось, я бы остался здесь навсегда, до конца дней моих.

На дворе я увидел толпу в несколько сот нищих, так называемых босяков, поджидающих милостыни. Мне рассказывали, что о. Иона является для босяков родным отцом. Он не только помогает им материально, но приучил их к говению, многих спас от неверия и обратил на путь спасения. Отец Иона стал раздавать им билеты на обед. Получив билет, они бегом отправлялись в столовую, находившуюся где-то в городе... «Дающего рука не оскудеет»...

Скажу о себе, что я был несколько раз в церкви о. Ионы и всегда выходил с обновленной душой, с чувством и жаждой лучшей, святой жизни».

            Пастырское служение о. Ионы Атаманского выпало на тяжелый период отечественной истории: русско-японская война 1905 года, восстание на броненосце «Потемкин», Февральская революция и Октябрьский переворот 1917 года, гражданская война 1918-1920 гг., голод, разруха, обновленческий раскол, гонение на Православие.

После Октябрьского переворота и установления советской власти в городе о. Иона продолжал свое служение в Свято-Николаевской церкви. Он призывал своих прихожан не поддаваться духу времени, сохранять веру в Бога, быть верными чадами Православной Церкви.

В это сложное время, Господь по молитвам праведника творил чудеса:

По свидетельству Райковой Л. К., отец её мужа  исцелился от эпилепсии, по молитвам праведника. (До этого ни один врач не смог вылечить его).

Однажды в Одессу приехала крестьянка и привезла с собой двухлетнего сына, слепого от рождения. До нее дошли слухи, что проф. В.П. Филатов делает глазные операции и многим возвращает зрение. Она обратилась к нему. Но Филатов, продержав ребенка у себя в клинике, объяснил матери, что излечить ребенка он не может и что наука вообще в данном случае бессильна. Огорченная мать пошла к о. Ионе и просила его помощи. Батюшка обещал помолиться. Девять ночей простоял на молитве, служил непрерывно молебны и акафисты, а на 10-й день ребенок на руках матери прозрел. Профессор Филатов был поражен...

Отец Иона окормлял женский Свято-Михайловский монастырь, в котором у него много было духовных чад... В этом монастыре служил молодой священник отец Никанор. Жил он там вместе с семьей и болел скрытой формой туберкулеза. В ту суровую осень он простудился. После долгой болезни туберкулез перешел в открытую форму. Началось сильное кровохарканье, больной метался в жару, и окружающие ничем не могли ему помочь. Опытный врач, осмотрев больного, сказал: «Поднимается температура. Если дойдет до 40 и выше, знайте, что наступает агония»... Матушка Галина... спешит за помощью к отцу Ионе. Праведник, несмотря на усталость после Богослужения, обещал прийти. Пока больного готовили к Таинству, о. Иона не замедлил приехать. Молча вошел он с надвинутой на глаза скуфией. Ни на кого не глядя и не здороваясь, он тихо шептал про себя молитву: «Ныне Силы Небесные с нами невидимо служат». Когда окончилась исповедь, все присутствующие, стоявшие в коридоре у двери, явственно услышали громко произнесенные слова: «Отче, брате и чадо: прощаю, разрешаю, и… исцеляю!». Эти слова произвели на всех потрясающее впечатление. Ушел праведник так же молча, ни с кем не попрощавшись. А у больного прекратилось кровохарканье, упала температура. Через короткое время он уже поднялся, стал ходить.

Отец Иона окормлял и Благовещенский монастырь, стоявший в 25 верстах от Одессы. Батюшка любил его и называл «мое Благовещенское чадо»... В последние годы жизни, предвидя будущие скорби, праведный Иона в храме Благовещенского монастыря сказал: «Я вижу 200 венцов мученических над сестрами». (Во время гонений 200 монахинь были замучены.)

17 мая 1924 года праведник отошел к Господу. Отдать последний долг почившему пастырю в порту собралась вся верующая Одесса... Желая как-то уменьшить число людей, желающих присутствовать при погребении, власти перенесли день похорон с воскресенья на понедельник... Рабочие просили задержать вынос тела до 4-х часов вечера, когда оканчивается их трудовой день. После соборного отпевания и обнесения почившего вокруг храма с пением ирмосов «Помощник и Покровитель» погребальная процессия отправилась на кладбище.  С 16 часов до позднего вечера грандиозная похоронная процессия двигалась через весь город к православному кладбищу на Слободке, где со слезами, молитвой и пением многочисленным хором «Вечной памяти» тихо опустили в землю тело чтимого пастыря. Гроб, крышку и дубовый крест портовые рабочие, несмотря на дальнее расстояние, несли на руках от Свято-Николаевского храма до могилы.

Выбор места захоронения сделал сам о. Иона. Он запретил хоронить себя в Портовой церкви, предвидя ее разрушение. «Церковь разорят, храма этого не будет», — говорил священник и заповедал похоронить себя у могилы родителей, среди природы, которую он очень любил. «Храма не стройте, похороните около родных, чтобы птичка могла пропеть надо мной».

По молитвам святого Ионы не прекращались чудеса и после его кончины, было собрано много свидетельств, того, что на Слободском кладбище в Одессе лежит праведник. Ныне его честные мощи находятся в кафедральном соборе города Одессы.  30 мая Церковь вспоминает Праведного Иону, Одесского чудотворца.

 

                 Молитва праведному Ионе Одесскому

 

О предивный и преславный отче наш Ионо, пастырю праведный и человече Божий! К тебе, яко к великому молитвеннику и истинному наставнику, одержимых злыми духами разрешителю, православной веры поборнику, в нужде находящихся помощнику, немощных целителю, сирот и вдов покровителю, и всех с верою и любовию призывающих тя в молитвах, мы, чада твоя, прибегаем и усердно просим: не забуди нас смиренных и грешных, яви нам твое отеческое заступление, испроси нам у Господа богатые милости Его: земли плодоносие, воздухов благорастворение, дожди благовременны, покоя и тишины во днех наших, благочестия умножение, болящим здравие, скорбящим утешение, унывающим ободрение, сирым призрение, убогим снабдение, подвизающимся преспеяние и всем нам вечное спасение.

Ей, угодниче Божий! Умоли Всемилостиваго Бога даровати нам чудесную помощь и яко по молитвам твоим Господь воскресил дщерь твою и исцелил отрока слепаго, тако испроси у Господа исцеление немощей наших и душ спасение. Да твоим ходатайством вси спасаеми, едиными усты и единым сердцем прославим Бога в Троице славимаго, Отца и Сына и Святаго Духа, и Его благодать, данную тебе во веки веков. Аминь.

(Подготовлено по материалу статьи «Праведный Иона, Одесский чудотворец» Православие. Ру)

 

 

 

            Преподобный Лаврентий Черниговский

                                         (1868-1950)



Схиархимандрит Лаврентий (Лука Евсеевич Проскура) родился в 1868 году в селе Карильское Черниговской области. Благочестивые родители Луки, Евсевий и Христина, воспитывали семерых детей в любви к Богу. Детство Луки было тяжёлым, отец умер рано, мать тяжело болела, приходилось выполнять всю работу по дому, пасти лошадей, ухаживать за коровой, стирать и портняжничать. Лука имел прекрасный слух, пел в церковном хоре, рано научился играть на скрипке.
В четырнадцатилетнем возрасте уже руководил церковным хором.
После смерти матери, Лука недолго оставался дома, отказавшись от наследства, ушёл в монастырь, находившийся недалеко от села.
С 1891 года Лука нёс послушание регента монастырского хора. Вскоре о способном регенте узнали в Черниговском Троицком мужском монастыре и пригласили в монастырь, управлять хором. В Троицком монастыре Луку постригли в мантию и дали имя Лаврентий, в 1895 году рукоположили в иеромонаха. (По другим источникам Лука был пострижен в монашество в 1912году, через два года был рукоположен в иеродиакона, а в 1916 году - в иеромонаха)
В 1923 году в Киеве о. Лаврентий был тайно пострижен в схиму лаврским схиигуменом Гавриилом.
В 1928 году по определению экзарха Украины митрополита Михаила - возведен в сан архимандрита.
В 1930 году, после того как монастырь закрыли, отец Лаврентий был вынужден ютиться в небольшой комнате в маленьком доме своей духовной дочери Елены, днём он усиленно молился, а под покровом ночи тайно принимал духовных чад.
Во время Великой Отечественной войны, в период оккупации Чернигова, было разрешено открыть Троицкую обитель.
Из воспоминаний духовных детей старца Лаврентия: "Когда закрывали церковь, Батюшка говорил:
- Храните книги, они нужны будут. Ещё будут и монастыри, и архиереи, и все нужно будет".
Перед войной он предсказал бедствия народа. Молился и плакал, что много крови прольётся.
Когда началась война 1941 года, Батюшка своими усилиями собрал своих монашествующих чад и устроил женский Троицкий монастырь, а потом и Домницкий монастырь...
Батюшка торопился скорее занять Троицкий, говорил, что так указала Матерь Божия...
У Батюшки была любовь к всякому делу. Когда делали ремонт во всём корпусе, Батюшка везде участвовал. Приходилось работать в холодное время года, когда замерзали материал и вода. Однажды дело не ладилось, пригласили одного старика на помощь. Он говорит, что здесь сила нужна. А Батюшка подошёл с любовью перекрестил, и материал стал мягким, и дело пошло, как следует. Это всё по молитвам великого старца Лаврентия.
21 ноября 1941 года состоялось первое богослужение в церкви Феодосия, а в 1942 году был освящен и главный престол Троицкого собора. На хоры поднялся дивный старец, и величественный храм огласился стройным пением.
Люди тянулись к доброму старцу, все от него уходили согретые христианской любовью, ободренные.
Из воспоминаний инокини Анны:
-У Батюшки была безграничная любовь к людям. Был такой обычай у нас в монастыре: именинницы в день своего ангела причащались святых тайн, потом брали просфору и шли к Батюшке. Он отламывал маленький кусочек и поздравлял с днём Ангела. Часто оставлял именинниц разделить трапезу. И вот один раз мне пришлось быть на этой трапезе... Батюшка кушал из маленького горшочка деревянной ложкой... Вдруг поднимает голову и говорит матушке келейнице П.:
- Пойди, посмотри, там кто-то пришёл, пусть зайдёт сюда.
Матушка П. посмотрела, увидела женщину, которая стояла и сильно плакала, просила пропустить к Батюшке. Матушка, жалея старца, сказала:
- Когда Батюшка покушает, тогда пройдёте.
А Батюшке: "Обедайте, Батюшка, там никого нет".
Отец Лаврентий взял несколько ложек своей похлёбки, повернул голову и опять говорит:
- Я тебе говорю, что там стоит женщина и плачет.
И сам приподнялся с места...
Вскоре перед нами появилась женщина средних лет, которая сильно плакала. Батюшка провёл её в свою келию... Минут через десять женщина вышла совсем другой, с улыбкой радостно поклонилась и ушла. А Батюшка сел за стол и говорит матушке П.:
- Если ты видела, что человек плачет, как ты могла кушать?
Из воспоминаний духовных чад старца Лаврентия:
- У Батюшки было любвеобильное сердце. Он говорил: " Как можно давать эпитимии? Ведь и так все в скорби. Нужно всех любить, жалеть, прощать, молиться. Я никому не давал эпитимии".
- Батюшка всех любил, всех уважал, призывал всех своих чад к миру, говорил: "Если которая сестра "горячая", вспыльчивая характером и не может сдержаться в слове, то прежде чем подымать скандал, сними с себя подрясник, положи чётки и тогда начинай доказывать свою правоту. Если так будете поступать, никогда не будете ругаться...
Если кто в течение дня не сдержал себя в мире и любви к ближнему и поссорился с кем-либо и имеет на кого неприятное чувство, до заката солнца должен обязательно примириться, то есть попросить прощения".
Батюшка всегда советовал: "Занимайтесь больше молитвой Иисусовой!", очень уважал Домницкую матушку игуменью, говорил, что у неё идет молитва непрестанно: "Она чаёк пьёт, а молитва в сердце бьёт".
Батюшка любил точность и аккуратность в церковной службе, был недоволен когда не вычитывали кафизмы. Говорил: "Лучше солнцу перестать светить, чем кафизмы перестать читать"...
Батюшка часто повторял: "Счастливы те, которые записаны в "Книге Жизни"".
А на вопрос сестёр, кто же записан в "Книге Жизни", отвечал:
- У кого влечение к церкви, тот записан.
Когда его одна женщина спросила, что нужно делать, чтобы быть записанным в "Книгу Жизни", отвечал: "Нужно читать молитву Иоанна Златоуста "Господи, не лиши мя небесных Твоих благ"..., ежедневно утром и вечером ходить в церковь, и Господь спасёт, если будешь умом беседовать с Ним".
А другой женщине на вопрос: "Как, Батюшка, спастись?", ответил:
- Ходи да пой: "Слава в вышних Богу и на земле мир". Нужно, чтобы в душе был мир. Спасение тяжёлое, но мудрое. При этом времени нужно быть мудрым, и спасёшься".
Одна девушка пришла к Батюшке за благословением в монастырь. Но старец сказал:
- Нет, твой путь в мире жить и чад растить. Не все спасутся в монастыре, и не все в мире погибнут. Живи в мире благочестиво, и Матерь Божия поможет спастись.
Батюшка часто повторял:
- Жалко неопытных священников, потому что у них времени не хватает вычитывать всё. Записки не читают на проскомидии, а в будущей жизни будут за спиной носить. Если бы были опытны, то непрочитанные записки аккуратно сложили бы в столбики, да со страхом перекрестились бы: "Помяни, Господи, всех написанных и не прочитанных по немощи человеческого естества", и они бы не отвечали по человеколюбивому Богу нашему. А они не опытны, частицы вынут, а записки везде валяются по окнам. А за это будут нести ответ.
Батюшка предостерегал: "Если нужно тебе уйти с Литургии, то уходи после "Отче наш..." А если уже вышли с Причастием Тела и Крови, то стой со страхом и молись на месте, потому что здесь присутствует сам Господь со Архангелами и Ангелами. И если можешь, пролей хоть малую слезу о своём недостоинстве".
Старец как-то за обедом монахине Афанасии надел большой крест и предсказал: "Вот будешь регент". Впоследствии предсказание сбылось, регентша была награждена крестом.
Из воспоминаний монахини Е.:
- Однажды во время войны многие сёстры стояли около бани... Батюшка шёл мимо да как закричит: "Убегайте, а то сейчас снаряд прилетит". Так и было. Только отскочили, и сразу снаряд ударил.
Как-то летом на капусту, посаженную монахинями "напала гусеница", обратились за помощью к старцу. Батюшка помолился, и "вся гусеница вползла во вблизи находящееся озеро".
Однажды в монастырь к старцу Лаврентию приехала из соседнего села девушка, испросить благословение выйти замуж, старец спросил, не больна ли она. Девушка ответила, что здорова. В ответ старец попросил не торопиться с замужеством, а подождать. Через год девушка умерла.
Одну благочестивую женщину, он усадил обедать. Когда женщина стала объяснять, что боится, что опоздает на поезд, старец посоветовал поехать на следующий день. Позже стало известно о крушение поезда, на котором женщина собиралась уехать. На следующий день, благодарная женщина славила Господа и благодарила прозорливого старца.
Из рассказа схимонахини Святославы (г. Киев):
- Когда я работала проводником, то топлива не давали: будешь уголь сама брать отапливать вагоны - тюрьма, или вода в трубах замёрзнет - тоже тюрьма. И я в таком тяжёлом положении - таскать уголь в вагон. Тут появился милиционер и давай тащить меня с собой. Я по рассказам верующих в поезде много раз слышала о Черниговском о. Лаврентии, и тут же вспомнила... Милиционер меня тащит, ногами толкает и бьёт, а я про себя молюсь: "Мати Божия, отец Лаврентий и вси Святии заступитесь за меня грешную". И он сразу тут же, как окаменел, а пассажиры все на него кричать... Он меня в тяжёлом состоянии бросил. Меня подобрали пассажиры, ввели в вагон и начали успокаивать. Сердце моё билось, дышать было тяжело... Вдруг передо мной явился неизвестный мне схимник, перекрестил меня и стал невидим. Я тут же встала вполне здоровая и спрашиваю: "А где сидит Батюшка?"
Мне отвечают: "Какой? Никакого здесь Батюшки нет и не было".
В шестидесятые годы я поехала в Чернигов и увидела фото отца Лаврентия, и каково было моё удивление, ибо я узнала в нём явившегося мне схимника, оказавшего мне защиту и даровавшего мне исцеление Черниговского старца схиархимандрита Лаврентия.
Из воспоминаний духовной дочери старца Лаврентия:
- Батюшка предсказал свою кончину ещё, когда переходил в монастырь, за 8 лет. Сказал: Ну, здесь кто поживёт 8, а кто и больше"... За полгода до смерти о. Лаврентий перестал есть хлеб, питался одними овощами... За полгода также сказал: "От этого дня я проживу ровно полгода", что и исполнилось...
Любил Батюшка кормить птичек. Зёрнышек вынесет, налетит стая воробьёв, и хватают, дерутся. Батюшка прикажет им разлететься и прилетать по два-три, они так и делали...
Все птички стайкой летели над гробом и жалобно чирикали, провожая в путь своего кормильца.
Скончался схиаpхимандpит Лаврентий 6 января 1950 года. Чин погребения возглавлял епископ Иаков. По решению владыки местом упокоения была определена усыпальница под Троицким собором, где покоятся семь архиереев.
В августе 1993 года Освященным Архиерейским Собором Украинской Православной Церкви Московского Патриархата схиархимандрит Лаврентий Черниговский был причислен к лику святых в чине преподобного.


   
Молитва преподобному Лаврентию Черниговскому, чудотворцу

О всехвальный отче Лаврентие, приими сие малое моление, от нас грешных тебе приносимое, и призри милостивно с высот небесных на нас, просящих твоего ходатайства у Престола Пресвятыя Троицы, да подаст твоими молитвами мир и благоденствие стране нашей, пастырем силу в молитве, иноком подкрепление на пути совершенства в подвизех смирения и послушания, вдовицам и сиротам заступление, немощным подкрепление, недугующим духом и душею от бесов избавление, больным исцеление, путешествующим Ангела Хранителя. Всем чтущим с любовию память твою, веру искреннюю и непоколебимую. И по преставлении в жизнь вечную приведи нас ко Христу твоими молитвами, да с тобою прославляем Святую Троицу: Отца и Сына и Святаго Духа, всегда, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
 

 

 

 

 

              Преподобный Кукша Одесский (1875 - 1964)          



"Святость есть не просто праведность, за которую праведники удостаиваются наслаждения блаженства в Царстве Божием, но такая высота праведности, что люди настолько наполняются благодатию Божией, что она от них течет на тех, кто с ними общается. Велико их блаженство, происходящее от лицезрения славы Божией. Будучи преисполнены и любви к людям, происходящей от любви к Богу, они отзывчивы на людские нужды и на их моления, и являются и предстателями за них пред Богом"
Блаженный Иоанн (Максимович)

Преподобный Кукша (Косьма Величко) родился 12/25 января 1875 года в селе Арбузинка Херсонского района Николаевской губернии в многодетной семье благочестивых родителей Кирилла и Харитины. Его мать в молодости мечтала стать монахиней, но по родительскому настоянию вышла замуж. Харитина горячо молилась Богу, просила, чтобы кто-то из её детей сподобился подвизаться в иноческом чине. По милости Божией младший сын, Косьма, с детства всей душой устремился к Богу, он с малых лет полюбил молитву и уединение, в свободное время читал св. Евангелие.
В 1896 году Косьма, получив родительское благословение, удалился на святую гору Афон, где был принят послушником в русский монастырь Святого Великомученика Пантелеимона.
В 1897 году Косьма, получив благословение настоятеля монастыря, совершил паломничество на Святую Землю. В Иерусалиме, когда паломники находились у Силоамской купели, Косьму, близко стоявшего возле источника, кто-то нечаянно задел, и отрок упал в воду первым. Многие бесплодные женщины стремились войти в купель в числе первых, ведь по преданию: Господь даровал чадородие тому, кто первым успеет погрузиться в воду. После этого события паломники стали подшучивать над Косьмой, говоря, что у него будет много детей. Слова эти оказались пророческими - у старца Кукши впоследствии действительно было множество духовных чад.
В храме Воскресения Христова произошло ещё одно знаменательное событие: на Косьму по промыслу Божиему была опрокинута средняя лампада. Все верующие хотели помазаться елеем из лампад, горевших при Гробе Господнем, люди окружили отрока и, собирали руками стекающий по его одежде елей, благоговейно помазывались им.
Через год после возвращения из Иерусалима на Афон Косьме посчастливилось еще раз побывать на Святой Земле, он сподобился полтора года нести послушание у Гроба Господня. Вскоре послушник Косьма был пострижен в рясофор с именем Константин, а 23 марта 1904 года - в монашество, и наречен Ксенофонтом. По промыслу Божию отроку предстояло 16 лет постигать основы монашеской жизни в монастыре Святого Великомученика Пантелеимона, под руководством духовного наставника старца Мелхиседека, который подвизался отшельником в горах. Впоследствии подвижник вспоминал: " До 12 ночи на послушании, а в 1-м часу ночи бежал в пустынь к старцу Мелхиседеку учиться молиться".
Однажды, стоя на молитве, старец и его духовный сын услышали в ночной тишине приближение свадебного кортежа: топот конских копыт, игру на гармошке, веселое пение, хохот, свист...
- Отче, откуда здесь свадьба?
- Это гости едут, надо их встретить.
Старец взял крест, святую воду, четки и, выйдя из келии, окропил вокруг нее святой водой. Читая крещенский тропарь, он на все стороны осенил крестом - сразу сделалось тихо, как будто и не было никакого шума.
Под его мудрым окормлением монах Ксенофонт сподобился стяжать все добродетели иноческие и преуспел в духовном делании. Несмотря на то, что Ксенофонт был внешне малограмотным человеком, едва умел читать и писать, святое Евангелие и Псалтирь он знал наизусть, службу церковную совершал на память, никогда не ошибаясь.
В 1913 году греческие власти, потребовали выезда с Афона многих русских монахов, в том числе и о. Ксенофонта. Накануне отъезда о. Ксенофонт побежал к своему духовному отцу:
- Отче, я никуда не поеду! Вот лягу под лодку или под камень и умру здесь, на Афоне!
- Нет, чадо, - возразил старец, - так Богу угодно, чтобы ты жил в России, там надо спасать людей. - Затем вывел его из келии и спросил: - Хочешь увидеть, как стихии покоряются человеку?
- Хочу, отче.
- Тогда смотри. - Старец перекрестил темное ночное небо, и оно стало светлым, перекрестил еще раз - оно как береста свернулось, и о. Ксенофонт увидел Господа во всей славе и в окружении сонма ангелов и всех святых, он закрыл лицо руками, упал на землю и закричал: "Отче, мне страшно!"
Через некоторое мгновение старец произнес:
- Вставай, не бойся.
Отец Кукша поднялся с земли - небо было обычным, на нем по-прежнему мерцали звезды. Полученное перед отъездом с Афона Божественное утешение в тяжелые годы поддерживало о. Ксенофонта.
В 1913 году афонский монах Ксенофонт становится насельником Киево-Печерской Свято-Успенской лавры. В 1914 г. во время первой мировой войны о. Ксенофонт 10 месяцев был "братом милосердия" в санитарном поезде "Киев-Львов", а вернувшись в Лавру, нес послушание в Дальних Пещерах; заправлял и зажигал лампады перед святыми мощами, переоблачал святые мощи...,
Из воспоминаний старца Кукши: "Мне очень хотелось принять схиму, но по молодости лет (40 с небольшим) мне отказывали в моем желании. И вот однажды ночью я переоблачал мощи в Дальних Пещерах. Дойдя до святых мощей схимника Силуана, я переодел их, взял на свои руки и, стоя на коленях перед его ракой, стал усердно ему молиться, чтобы угодник Божий помог мне сподобиться пострижения в схиму". И так, стоя на коленях и держа на руках святые мощи, он под утро заснул.
Мечта о. Ксенофонта сбылась через несколько лет: 8 апреля 1931 года смертельно больной подвижник был пострижен в схиму. При постриге получил имя Кукша, в честь священномученика Кукши, мощи которого находятся в Ближних Пещерах. После пострига о. Кукша стал быстро поправляться и вскоре выздоровел.
3 апреля 1934 года отец Кукша был рукоположен в сан иеродиакона, а через месяц- в сан иеромонаха. После закрытия Киево-Печерской лавры иеромонах Кукша служил до 1938 года в Киеве, в церкви на Воскресенской Слободке. Надо было иметь великое мужество, чтобы служить священником в то время. В 1938 году подвижник был осуждён, отбывал пятилетний срок в лагерях г. Вильма Молотовской области, затем три года провёл в ссылке. В лагерях осуждённые были вынуждены работать по 14 часов в сутки, получая очень скудную пищу "выполнять норму" на изнурительных лесоповалочных работах. Шестидесятилетний иеромонах терпеливо и благодушно переносил лагерную жизнь, старался духовно поддерживать окружающих его людей.
Старец вспоминал: "Это было на Пасху. Я был такой слабый и голодный, - ветром качало. А солнышко светит, птички поют, снег уже начал таять. Я иду по зоне вдоль колючей проволоки, есть нестерпимо хочется, а за проволокой повара носят из кухни в столовую для охранников на головах противни с пирогами. Над ними вороны летают. Я взмолился: "Ворон, ворон, ты питал пророка Илию в пустыне, принеси и мне кусочек пирога". Вдруг слышу над головой: "Кар-р-р!",- и к ногам упал пирог, - это ворон стащил его с противня у повара. Я поднял пирог со снега, со слезами возблагодарил Бога и утолил голод".
Весной 1943 года, по окончании срока заключения, на праздник святого великомученика Георгия Победоносца иеромонаха Кукшу освободили, и он отправился в ссылку в Соликамскую область. Взяв благословение у епископа в г. Соликамске, он часто совершал богослужения в соседнем селе.
В 1947 году окончилось время ссылки, завершился восьмилетний исповеднический подвиг. Иеромонах Кукша вернулся в Киево-Печерскую лавру, здесь начался подвиг служения страждущим - старчество. Старец Кукша укрепляет маловерных, ободряет ропщущих, смягчает ожесточенных, по его молитве верующие получают духовное и физическое исцеление. Как за полвека до этого в Иерусалиме паломники окружили Косьму и старались с его головы и одежды взять чудесно излившийся из лампады елей, чтобы помазаться им, так теперь к старцу Кукше в монастырь шла нескончаемая вереница людей, ждущих Божией помощи и благодати.
Сохранились многочисленные свидетельства о чудесах исцеления по молитве старца Кукши, приведём лишь некоторые из этих свидетельств:
Тяжело больная А., которой должны были удалить появившуюся на лбу злокачественную опухоль, перед операцией приехала к старцу. Отец Кукша долго исповедал больную, потом причастил, дал ей металлический крестик, который велел все время прижимать к опухоли. Больная пробыла в монастыре 4 дня, по благословению старца ежедневно причащалась, крестик с благоговением прижимала ко лбу. Вернувшись домой, обнаружила, что половина опухоли исчезла, на ее месте осталась белая пустая кожа, а через две недели пропала и вторая половина опухоли, лоб побелел, очистился, не осталось и следов от рака.
Одну из своих духовных чад преподобный исцелил от душевной болезни, мучившей ее в течение месяца, - заочно, прочитав ее письмо с просьбой помолиться о ней. После получения старцем ее письма она стала совершенно здорова.
Старец Кукша имел от Бога дар духовного рассуждения и различения помыслов. Он был великим прозорливцем. Ему были открыты даже самые сокровенные чувства, которые люди едва могли понять сами, а он понимал и объяснял, от кого они и откуда. Многие шли к нему, чтобы рассказать о своих скорбях и спросить совета, а он, не дожидаясь объяснений, уже встречал их с нужным ответом и духовным советом. Старец никогда не осуждал согрешающих и не сторонился их, а наоборот, всегда с состраданием принимал их. Говорил: "Я сам грешный и грешных люблю. Нет человека на земле, который бы не согрешил. Един Господь без греха, а мы все грешные".
В 1951 году отца Кукшу из Киева переводят в Почаевскую Свято-Успенскую лавру. В Почаеве старец нес послушание киотного у чудотворной иконы, когда к ней прикладывались монахи и богомольцы. Кроме этого, о. Кукша должен был исповедовать людей. Свои обязанности он исполнял с отеческой заботой обо всех приходящих, любовно обличая их пороки, предостерегал от духовных падений и предстоящих бед.
Однажды один генерал, переодевшись в штатскую одежду, приехал в Почаевскую лавру и смотрел с любопытством, как исповедует преподобный. Старец подозвал его к себе и беседовал с ним некоторое время. Отошел от старца генерал очень бледный, крайне взволнованный и потрясенный, спрашивая: "Что это за человек? Откуда он все знает? Он обличил всю мою жизнь!"
По свидетельству духовных чад, старец Кукша однажды назвал одного мужчину, у которого была супруга и двое детей, иеромонахом. Впоследствии, после смерти жены, мужчина посвятил свою жизнь служению Господу, через несколько лет был рукоположен в сан иеродиакона, а затем - в сан иеромонаха.
Одна женщина просила старца Кукшу благословить её дочь М. выйти замуж, прозорливец ответил: "Никогда М. замуж не выйдет!" Женщина пыталась объяснить, что у молодых уже все готово к свадьбе, осталось только сшить платье, и после Пасхи они будут венчаться, но старец уверенно повторил: "М. никогда замуж не выйдет". За неделю до свадьбы у М. вдруг начались эпилептические припадки (чего раньше с ней не наблюдалось), и испуганный жених немедленно уехал домой. Через несколько лет М. приняла монашество с именем Галина, а ее мать - с именем Василиса.
Другая благочестивая девица просила батюшку благословить ее на монашество, но старец благословил ее на замужество. Велел ей ехать домой, сказав, что там ее ждет семинарист. Предсказание старца сбылось, девушка вскоре вышла замуж за семинариста. Духовная дочь старца вырастила семерых детей, и воспитала их в любви к Богу.
Одна духовная дочь старца поведала, что ей очень хотелось узнать, как чувствует себя старец Кукша во время Божественной литургии:
"Однажды, войдя в Пещерный храм, когда о. Кукша служил в нем Божественную литургию, я сразу почувствовала сильную близость души к Богу, как будто вокруг никого не было, а только Бог и я. Каждый возглас о. Кукши возносил мою душу "горе", и преисполнял ее такой благодатью, как будто я стояла на небе перед лицом Самого Бога. На душе было по-детски чисто, необыкновенно светло, легко и радостно. Ни одна посторонняя мысль не беспокоила меня и не отвлекала от Бога. В таком состоянии я находилась до конца литургии. После литургии все ждали, когда о. Кукша выйдет из алтаря, чтобы взять у него благословение. Подошла и я к своему духовному отцу. Он благословил меня и, крепко взяв обе мои руки, повел за собой, внимательно с улыбкой вглядываясь в мои глаза, вернее, через глаза в душу, как бы стараясь рассмотреть, в каком она состоянии после такой чистой молитвы. Я поняла, что батюшка дал мне возможность пережить такое же святое блаженство, в каком он сам всегда пребывал во время Божественной литургии".
Из воспоминаний духовной дочери старца Кукши:
- Иногда он благословлял, положив обе ладони своих рук крестообразно на мою голову, читая про себя молитву, и я преисполнялась необыкновенной радости и безграничной любви к Богу... В таком состоянии я пребывала дня по три.
Старец советовал всем к святой Чаше не подходить с деньгами, чтобы "не уподобиться Иуде", и священникам запрещал с деньгами в кармане стоять у престола и совершать Божественную литургию.
Люди в храме сотнями стояли в очереди к нему. Многих принимал он и в своей келии, не жалея себя и почти без отдыха проводя целые дни, несмотря на преклонный возраст и старческие болезни. Он, по афонскому обычаю, всю жизнь обувался только в сапоги. От долгих и многих подвигов у него на ногах были глубокие венозные раны. Однажды, когда он стоял у чудотворной иконы Божией Матери, у него на ноге лопнула вена, и сапог наполнился кровью. Его увели в келию, уложили в постель. Пришел знаменитый своими исцелениями игумен Иосиф (в схиме Амфилохий), осмотрел ногу и сказал: "Собирайся, отец, домой" (то есть умирать), и ушел. Все монахи и миряне горячо со слезами молились Матери Божией о даровании здравия дорогому и любимому старцу. Через неделю игумен Иосиф опять посетил больного, осмотрел почти зажившую рану на ноге и в изумлении воскликнул: "Вымолили чада духовные!"
В конце апреля 1957 года старца на страстной седмице Великого поста переводят в Крещатицкий Свято-Иоанно-Богословский монастырь Черновицкой епархии. С приходом старца Кукши ожила духовная жизнь братии монастыря. В тихую обитель апостола любви устремились духовные чада, на средства, передаваемые о. Кукше, увеличились постройки в обители.
В 1960 году старец Кукша был переведен в Одесский Свято-Успенский мужской монастырь. Здесь ему предстояло провести последние четыре года своей подвижнической жизни. В Свято-Успенском монастыре старца Кукшу с любовью встретили насельники обители. Ему определено было послушание исповедовать людей и помогать вынимать частицы из просфор во время совершения проскомидии.
Старец вставал рано утром, читал свое молитвенное правило, старался причащаться каждый день, он особенно любил раннюю литургию. Ежедневно идя в храм, старец под одежду надевал свою афонскую власяницу из белого конского волоса, который больно колол все тело.
Келия старца в монастырском корпусе примыкала прямо к Свято-Никольской церкви. С ним поселили и послушника келейника, но старец, несмотря на немощи своего преклонного возраста, не пользовался посторонней помощью и говорил: "Мы сами себе послушники до самой смерти".
Однажды он с радостным лицом сказал своей духовной дочери: "Матерь Божия хочет взять меня к Себе". В октябре 1964 года старец, упав, сломал бедро. Пролежав в таком состоянии на холодной сырой земле, он простудился и заболел воспалением легких. Он никогда не принимал лекарств, называя "врачебницей" святую Церковь. Даже страдая в предсмертной болезни, он также отказался от всякой врачебной помощи, лишь просил причащать его каждый день святых Христовых Тайн.
Блаженный подвижник предвидел свою кончину. Духовная дочь старца схимонахиня А. вспоминает: "Батюшка иногда говорил: "90 лет - Кукши нет. Хоронить-то как будут, быстро-быстро, возьмут лопаточки и закопают"... Скончался, когда ему было около 90 лет".
Боясь стечения народа на похоронах, власти потребовали отвезти тело почившего на родину. Наместник обители ответил, что родиной монаха является монастырь. Тогда братии отвели два часа на погребение старца.
Cтарец Кукша говорил, чтобы после его кончины верующие приходили на могилку, рассказывали о печалях и нуждах. Всякий, приходящий с верою к месту его земного упокоения, всегда получал утешение, вразумление, облегчение и исцеление от болезни по его богоугодным молитвам и предстательству.
Рассказ Ксении Кибальчик: "Это были 50-е годы, когда преп. Кукша жил в Почаевской Лавре. Пришла ко мне странница Нимфодора, просила дать ей посильную работу и за это её кормить. Вот что она рассказала о себе:
Попала она на исповедь к отцу Кукше, рассказала о себе, что была в монастыре, в коммуне, и замужем, и 40 лет не причащалась...". После исповеди она стала с искренним покаянием и горькими слезами оплакивать свою жизнь. Позже увидев толпу людей, окруживших о. Кукшу и желающих получить благословение, сознавая себя недостойной приблизиться к нему, шла позади всех. Вдруг он оборачивается, смотрит на неё и говорит ей: "Простил Господь, всё простил".
Пока о. Кукша находился в Почаеве, Нимфодора каждый раз исповедовалась только у него и, по его благословению, часто причащалась. Но в апреле 1957 года его вдруг перевели в дальний монастырь Св. Апостола Иоанна Богослова, и тогда к нему попасть на исповедь стало сложно. Нимфодора стала обращаться к иеромонаху, который обычно дежурил в Успенском соборе, но он Нимфодору к себе на исповедь не допускал, она каждый раз приходила без денег. И вот что однажды с ней произошло: подготовившись к Св. Причастию, она подошла исповедоваться к тому же иеромонаху, и снова получила отказ...Тут уже Литургия подходила к концу. Пропели "Отче Наш". Причастники приблизились к царским Вратам, а Нимфодора стоит и неутешно плачет о своём недостоинстве, в полной уверенности, что Сам Господь не допускает её к Святой Чаше. Взгляд её устремился к Почаевской иконе Божией Матери, находящейся перед ней...Вдруг видит сквозь слёзы, что от иконы как бы отделяется Чаша и медленно плывёт по воздуху прямо к ней. Приблизившись к её устам, эта полная Чаша на секунду останавливается, и Нимфодора отпивает из Чаши глоточек, и тут же Чаша начинает подниматься по воздуху к той же иконе, но, не достигая её, расплывается в воздухе и становиться невидима. Сознавая своё недостоинство, Нимфодора боится и на мгновение поверить тому, какое дивное чудо милости Божией было ей послано.
Вскоре после этого события какие-то добрые люди пригласили Нимфодору съездить с ними к отцу Кукше, обещая взять на себя все дорожные расходы. Вот они приехали к нему. Вошли в его келию... Он, стараясь всех обласкать, каждому уделить внимание, всё время от времени поглядывает на Нимфодору и с улыбкой говорит ей: "Ты, Причастница!". Она пробует возражать... На её возражение он строго отвечает:
- Молчи, я видел!!!
Тут уже она и поверила истинности чуда".
Когда старец был в Иоанно-Богословском монастыре, он послал свою духовную дочь В. посмотреть место, где можно построить большой корпус для множества монахов. Она пошла и по молитвам старца нашла хорошее место на горе, прямо над монастырем. Вернувшейся В. старец сказал, что там будет большой монашеский корпус, и что он должен приготовить место. Предсказание его начало сбываться спустя 30 лет; после открытия и возвращения монастыря новое поколение монахов, не знавшее старца и его предсказание, начало строительство храма и монашеского корпуса на том самом месте, о котором шла речь.
"Осенью 1993 года, - вспоминает одна духовная дочь старца, - я пошла к могилке отца Кукши и увидела там много людей, которые приехали из Молдавии. Они рассказали, что одна женщина была тяжело больна желудком. Взяв землю с могилки старца, она приложила ее к животу, заснула. Проснувшись, она почувствовала себя исцеленной". Так же исцелилась раковая больная, жительница г. Одессы семидесятидвухлетняя М.
В 1995 году по решению Священного Синода Украинской Православной Церкви старец Кукша был причислен к лику святых в чине преподобного.

                           
  Тропарь преподобному Кукше Одесскому

Тропарь, глас 4
От юности мир суемудренный и лукавый оставил еси, Божественною свыше просветився благодатию, преподобне, многим терпением во временней жизни подвиг совершил еси, темже источаеши чудес благодать всем с верою приходящим к раце мощей твоих, Кукшо, преблаженне отче наш.



 

 

 


           Преподобный Амфилохий Почаевский                                                        (1897-1971)



В украинском селе Малая Иловица 10 декабря / 27 ноября 1897 года у Варнавы и Анны Головатюк родился сын, при святом крещении мальчика назвали Иаковом.
Варнаве, отцу десятерых детей, приходилось браться за любую работу, он делал колёса, колодки, сани, обращались к нему за помощью и больные крестьяне, как к хорошему костоправу. Будучи юношей, Иаков не раз помогал отцу "удерживать больных, когда тот направлял сломанные кости". Природная сила и приобретенные в юности навыки пригодились Иакову.
В 1912 году Иаков был призван в Царскую Армию, где исполнял обязанности фельдшера.
Во время боевых действий помогал выносить раненых товарищей с поля боя, попал в плен, был отправлен немцами в Альпы, где три года работал у фермера. В 1919 году Иакову удалось совершить побег, вернувшись в родное село, стал заниматься привычной крестьянской работой, помогал и больным, обращавшимся за помощью.
В 1925 году Иаков был принят послушником в Почаевскую Лавру. В трудолюбии и смирении исполнял новоначальный инок возлагаемые на него послушания, делал сани, колёса, пел на клиросе...
8 июля 1932 года, по благословению митрополита Варшавского и всей Польши Дионисия, Иаков был пострижен в монашество с именем Иосиф.
21 сентября 1933 года рукоположен епископом Антонием во иеродиакона, 27 сентября 1936 года - во иеромонаха.
Исполняя различные работы и послушания в Лавре, отец Иосиф лечил больных, особенно прославился как костоправ. К нему везли страждущих со всей округи, поток больных не прекращался ни днем, ни ночью. Чтобы не создавать неудобства для братии, отец Иосиф, по благословению наместника Лавры, перебирается в маленький домик на монастырском кладбище, здесь ему вместе с иеромонахом Иринархом, предстоит прожить около 20 лет. Каждый день в маленький домик приходили больные люди. Бывали дни, когда иеромонах Иосиф принимал до 500 человек, многие жаждали исцеления - кто телесного, кто духовного.
Всего себя подвижник посвятил служению Богу, получив от Бога дар прозорливости и исцелений, помогал всю жизнь ближним. Для мира остались сокрытыми его многие тайные подвиги и борения.
В конце войны подвижник чудом избежал расправы. Как-то ночью четырнадцать вооружённых человек ворвались в его келию и потребовали еды, после того как их накормили, попросили, чтобы старец их проводил. У ворот командир партизанского отряда объявил о расстреле. Со смирением принял старец известие о скорой гибели, попросил только десять минут на молитву. Успел прочитал "Отче наш", "Богородицу", "Верую", начал читать "Отходную"... Прибежал отец Иринарх, обеспокоенный долгим отсутствием старца, когда увидел дуло нацеленное на праведника, не раздумывая, бросился на автомат, пригибая его к земле, стал просить о помиловании праведника... Смерть миновала.
В конце 50-х годов начались хрущевские гонения на церковь. В стране массово закрывали монастыри и храмы, а самих монахов по ложным обвинениям выгоняли, выселяли, отправляли домой без права возвращаться. Осенью 1962 года, благодаря бесстрашию старца монахам удалось отстоять Троицкий собор: "У дверей церкви с десяток милиционеров со своим начальником стоят, старец неожиданно выхватил у начальника ключи, передал молодому наместнику Августину, и призвал местных жителей защищать храм. Крестьяне, вооружившись жердями, устремились на милиционеров". Троицкий собор отстояли, но через несколько дней старца ночью увезли на "черном вороне" в психиатрическую больницу. Его поместили в палату для самых "буйных" душевнобольных. Ему вводили лекарства, от которых распухало всё тело и трескалась кожа.
Духовные чада отца писали письма, просили освобождения старца. Через три месяца его привели в кабинет главного врача. Спросили: может ли он вылечить тех больных, которые находятся с ним в палате.
Старец сказал, что через две недели вылечит всех больных, и попросил привезти ему святое Евангелие, крест и облачение, чтобы он мог отслужить Водосвятный молебен.
В ответ услышал: "Нет, вы без молебнов лечите".
- Это - невозможно, - ответил кроткий старец. Когда солдат идёт в бой, ему дают оружие... Наше оружие на невидимого врага - святой крест, святое Евангелие и святая вода.
Отца Иосифа отвели в палату.
Мучения закончились лишь с приездом в больницу Светланы Аллилуевой, дочери Сталина, которую он в своё время исцелил от душевной болезни. Ей удалось добиться освобождения старца.
Старец Иосиф вернулся в родное село и поселился у своего племянника.
Узнав, где находится старец, начали съезжаться страждущие. Отец Иосиф ежедневно служил Водосвятные молебны и исцелял людей. Местные власти, обеспокоенные притоком больных людей в село, стали настраивать родственников против старца, один из них, поддавшись уговорам, обманув старца, увёз его на своём тракторе за село к болотам, жестоко избив, бросил в воду и уехал. В холодной декабрьский день восемь часов пролежал мученик в ледяной воде, духовные чада нашли умирающего старца, отвезли в Почаевскую Лавру, где его в ту же ночь постригли в схиму с именем Амфилохий, в честь святителя Амфилохия Иппонийского, боялись, что он не доживет до утра. По милости Божией схимонах Амфилохий выздоровел. Оставаться в Лавре без прописки было опасно, он снова вернулся в родное село. Люди по-прежнему шли и ехали к старцу за исцелением.
Во дворе отец Иосиф ежедневно служил Водосвятные молебны, многие верующие получали исцеления. Отец Иосиф некоторых больных благословлял не вкушать пищу в среду и пятницу. В дни строгого поста он велел рано утром, встав с постели, до начала утренней молитвы, сразу класть три земных поклона с молитвой "Богородице Дево, радуйся...", чтобы легко выдерживать пост в этот день.
Нужно было иметь великую любовь в сердце, чтобы никогда и никому и ни в чем не отказывать. Старец Божий имел таковую. Он находил время для каждого.
Из воспоминаний духовных детей старца:
- Приезжали к отцу и современные молодые юноши, жаловались на душевную тоску, отсутствие сна и аппетита. Старец ставил их посреди двора и просил класть по 450 земных поклонов; велел, чтобы так и дома каждый вечер делали, да носили крестики, не выпивали, не курили, ходили в церковь, соблюдали посты, причащались и все "нервы" выйдут и будут здоровы. При этом добавил, что нервы чувствуют боль, но когда болит душа, то это не "нервы расстроены", а бесы мучают, и надо постом и молитвою бороться с ними. ...". Уныние и пустота в душе, считал старец, из-за многоглаголания, чревоугодия, и любостяжания. Он велел тогда каждый час и день петь "Елицы, во Христа креститеся" и "С нами Бог"".
Целый день проводил подвижник с людьми, по ночам молился.
Молодая женщина Татьяна, жительница Почаева, была неверующей, в церковь не ходила. В результате закупорки вен началась гангрена. Врачи настаивали на ампутации. Женщина тянула сколько могла. А потом, узнав о батюшке Амфилохие, одолжила денег и пошла. Батюшка вышел из келий, оглядел очередь. И позвал ее из толпы. Выслушав Татьяну, сказал, что операции делать не надо. Дал мазь, святую воду и сказал, какие молитвы читать, потом, достав из шкафчика 50 рублей, дал женщине, провидя духовным зрением о её денежных затруднениях. Вскоре Татьяна исцелилась не только телом - гангрена прошла, но и душой - стала постоянно ходить в церковь.
Из Днепропетровска приехали к батюшке две подруги. Одна их них была глухонемая. Еще в детстве ее сильно побила мачеха. Отец Амфилохий спросил глухонемую девушку:
- Как тебя зовут?
- Она же глухонемая,- вмешалась удивлённая подруга.
- А ты молчи, - ответил старец и повторно обратился к больной с вопросом.
Девушка начала издавать звуки, из которых сложилось её имя - Галя. Она начала говорить и стала слышать.
По свидетельству очевидцев: однажды, когда старец уехал на целый день к больному, к нему привезли умирающего мальчика 13 лет. Поздно ночью старец вернулся и узнал, что больной мальчик, не дождавшись помощи, умер. Старец подошёл к лавке, на которой лежал умерший, склонился над ним и долго молился, потом перекрестил его, мальчик открыл глаза - ожил. Старец велел принести ему поесть.
Из воспоминаний Шумалович К.: "Летом 1961 года у сына распухла кисть руки. Она увеличилась почти в два раза и сильно болела. Мы водили ребёнка к врачу, но помочь они не могли. Тогда мы обратились к отцу Иосифу. Он помолился, взял руку сына в свои ладони, легко похлопал по ней, и сказал, что всё пройдёт. На утро следующего дня мы не поверили своим глазам. Произошло чудо! Рука была такая же, как и до болезни".
Под осень 1965 года старец поселился у своей племянницы, на участке с помощью духовных чад была построена небольшая часовня, над ней высокая голубятня, длинный обеденный стол во дворе для богомольцев.
Старец говорил, что по милости Божией заранее знает о тяжело больных, которые должны к нему приехать, бывали случаи, что выходил встречать больных ночью в непогоду.
Сохранилось много свидетельств о прозорливости старца. Надежда Симора слышала от матери рассказ о прозорливости старца: "Молодая женщина обратилась к батюшке за помощью вернуть зрение слепому от рождения сыну, отец Иосиф на просьбу матери ответил, что это за ее грех. Что, будучи ребёнком, она лазила по деревьям, брала птенцов и выкалывала им иглой глаза... Женщина заплакала, плакал вместе с ней и старец".
Из воспоминаний Агафии Лящук (Ровенская обл):
- Где-то в шестидесятых годах мой отец заболел... Врачебная комиссия установила рак желудка... Мы поехали к батюшке. Во дворе было много людей. Все ждали его. Вскоре вышел старец и указал пальцем на меня. Я рассказала, что отца выписали из больницы, потому что не могут вылечить. Батюшка Иосиф помолился, дал травы и сказал, что он выздоровеет. Отец прожил после этого ещё 16 лет.
Представители власти запрещали людям посещать старца. Отменялись автобусы, но люди шли пешком. Как-то к старцу приехал первый секретарь Тернопольского обкома партии, привез единственного сына. У девятнадцатилетнего юноши на ноге была саркома, врачи оказались бессильны. Старец Иосиф, осмотрев больного, попросил оставить юношу на две недели, предупредил, что лечить будет только молитвой. Секретарь обкома согласился, договорился о ночлеге для сына в ближайшем селении. По благословению старца юноша каждый день приходил на Водосвятный молебен, пил святую воду, вкушал освящённую пищу. Спустя две недели саркома бесследно исчезла. Благодарный отец распорядился выделить маршрутный автобус Кременец - Малая Иловица.
Старец, с детства любивший природу, сам сажал цветы и фруктовые деревья, послушницы помогали в работах на участке.
Старец предвидел свою скорую кончину, знал, что одна из его послушниц подсыпала в еду яд, подливала яд и в воду, которой он умывался (есть мнение, что послушница из Киева была агентом КГБ). Не раз с горечью старец говорил, что среди его послушниц есть "Иуда". Батюшка несколько раз на несколько часов терял сознание. Во время приступов отравительница под разными предлогами не подпускала никого к батюшке.
Смиренный старец стойко переносил страдания, и призывал виновницу покаяться.
Умер подвижник 1 января 1971 года. Незадолго до смерти, старец говорил, чтобы все приходили на его могилу со своими нуждами и болезнями, обещал и по смерти не оставлять нуждающихся в его молитвенной помощи. Уже после отпевания старца у гроба праведника исцелилась верующая женщина. На протяжении трёх десятилетий совершались чудеса исцелений у могилы старца:
Москвич Винокуров Н.И. несколько лет страдал от болей в спине, массаж и другие лечебные процедуру не приносили облегчения, во время поездки в Почаевскую лавру, побывал на братском кладбище: "На могиле схиигумена Амфилохия, слёзно помолившись, просил батюшку исцелить меня, чтобы я мог стоять на службе и боль отступила. На следующий день мы с другом пришли снова. Результат оказался удивительным. Это настоящее чудо".
23 апреля 2002 г Священным Синодом Украинской Православной Церкви было принято решение о причислении к лику святых почаевского старца-схиигумена Амфилохия. Чин прославления преподобного Амфилохия в лике святых был совершен в воскресение 12 мая в престольном Успенском храме Почаевской Лавры.
12 мая 2002 года в Почаевской Лавре, во время прославления святого в небе над Лаврой появились созданные из облаков два креста. В течение часа верующие могли наблюдать за этим чудом - один большой крест и рядом - чуть поменьше. Паломники говорили: "Ну вот, теперь их будет двое - батюшка Иов и батюшка Амфилохий".


                               Кондак преподобному Амфилохию

Яко веры православной ревнитель и благочестного жития учитель, в болезнях и скорбях изрядный помощник и защититель, перед Господом предстоиши, преподобный Амфилохие, сего ради вопием ти: сохрани обитель, в ней же подвизался еси, и спасай нас молитвами твоими, отче блаженне.


Житие, учение и писания", Минск,Изд-во: "Лучи Софии", 1998г.
 Поучения пророчества старца Лаврентия Черниговского и Его жизнеописание
1994год, Москва, " Русский Духовный Центр"
 При подготовке очерка использовались материалы сайта "Храм преподобного Димитрия Прилуцкого на Девичьем поле" (Москва), "Стояние за Истину"
 Журнал " Русский Паломник" N 21-22, 2001 г. (США)
 "Преподобный Амфилохий Почаевский", Почаев, 2003г.

 

 

 Священник Михаил  Едлинский 

(1859 - 1938)

Михаил Емельянович Едлинский родился 1-го августа 1859 года в селе Юшково Могилевской губернии в семье псаломщика. После окончания Оршанского духовного училища и Могилёвской духовной семинарии, он поступил 1881 году в Киевскую Духовную Академию. В 1885 году Михаил окончил Киевскую Духовную Академию со степенью кандидата богословия. С 1885 года по 1887 год Михаил преподавал предмет "История Церкви" в Киевской Духовной семинарии, а с 1886 года одновременно преподавал и в Киевском Первом коммерческом училище.

27 июля 1887 года Михаил венчается с Анной, дочерью священника Николая Козловского.

В 1893 году Михаил был рукоположен в сан священника и с тех пор служил в церкви благоверных Князей Бориса и Глеба на Подоле. В 1900 году отец Михаил стал протоиереем, а через десять лет был награждён высшим знаком иерейского отличия - правом ношения митры. Вскоре он становится духовником всего Киевского священства.

У отца Михаила и матушки Анны было семеро детей, шесть дочерей и сын Георгий (1902-1989 гг.). Отец Михаил во время крещения младенца убеждённо сказал: "Он будет священником". Сын окончил Киевскую Духовную Академию, был рукоположен в 1941 году во священника. (Отец Георгий был настоятелем Макариевской церкви в Киеве).

Из воспоминаний Леонида Ясневича: "Святой праведный от. Иоанн Кронштадтский говорил паломникам из Киева: "Зачем вы так далеко ехали ко мне убогому? Там у вас в Киеве есть отец Михаил, к нему и обращайтесь!" Отец Иоанн Кронштадтский подарил от. Михаилу свой портрет с личным посвящением. Этот портрет бережно хранился в семье Едлинских...

В Саровской пустыни батюшка (от. Михаил) получил от дивеевских инокинь "святыньки" - личные вещи преп. Серафима Саровского (поручи, чётки, воздушек от чаши, иконку Пресвятой Богородицы "Умиление" и камушек с образом старца Серафима - частица от камня, на котором преподобный молился в 1812 году за Русь Святую). Эти "святыньки" в дальнейшем бережно хранил от. Георгий Едлинский. Он, как и его отец, очень почитал преподобного".

Отец Михаил был образцом истинной христианской любви к ближним. Духовные чада старца говорили, что он просил и их помогать нуждающимся, говорил, что только одна любовь движет миром. Многочисленные воспоминания современников свидетельствуют о чудесной силе молитв прозорливого старца, приведём лишь некоторые из свидетельств:

Из воспоминаний духовного сына старца Михаила Дубинина М.:

- До конца 1918 года я в течение двадцати лет был свидетелем жизни от. Михаила. Жизни, наполненной молитвой, самоотверженной работой для ближних, смирением и молчаливой уступчивостью. Отец Михаил был очень чуток и сострадателен к чужому горю, беде и нужде, с которыми в нашем приходе ему часто приходилось сталкиваться... И не только наши, но и бедняки из других приходов обращались к батюшке за утешением, молитвой и денежной помощью.

Считая пьянство первопричиной человеческой нужды и духовного падения, батюшка особенное внимание уделял борьбе с этим злом. С приходящими к нему за помощью алкоголиками от. Михаил обыкновенно уединялся в своей молельне дома или в церкви. Там они вместе становились на колени и усердно молились. Затем больной давал зарок не пить водки сначала в продолжение нескольких дней, а потом и неделю, пока не отвыкал от своей грешной и вредной привычки...

Батюшка был очень милостив к бедным людям, и они это чувствовали... Денег, получаемых батюшкой в письмах, было так много, что это дало ему возможность построить на церковном дворе громадный четырехэтажный дом, с расчетом поместить в нем детский сад для малышей, матери которых отправлялись на поденную работу, приходскую школу, помещения для приюта, кухню, столовую, квартиры для учителей и служащих... Матери... из нашего и других приходов с радостью утром приводили своих детей в детский сад... Случалось иногда, что некоторые матери не являлись за своими детьми, а оставляли их навсегда. Пришлось, кроме детского сада, создавать еще и детский приют.

Большие суммы денег, позволившие батюшке развернуть широкую благотворительность, получились не только благодаря щедрости жертвователей, но и от ограниченности средств, отпускаемых им на потребности своей семьи. Матушка Анна Николаевна и ее дочери одевались более чем скромно. А сам батюшка летом носил соломенную шляпу, на дне которой зияла дыра размером с пятикопеечную монету...

До сих пор мне пришлось говорить о делах милосердия от. Михаила, без которых "вера мертва есть". Теперь постараюсь сказать и о самой вере.

Помню, как трепетали и волновались все, исповедовавшиеся у него, и как очистившиеся от грехов испытывали душевную радость и покой. Батюшкины же проповеди всегда вызывали слезы у молящихся.

А как батюшка молился! Когда я прислуживал в алтаре, сколько раз приходилось мне наблюдать, как батюшка, поднявши руки "горе" и, устремивши вдохновенно взор ввысь, горячо молился, а в это время по его щекам и бороде катились крупные слезы, озаренные светом мерцавших лампадок.

А какие радость и умиление сияли на лице у батюшки, когда он в Пасхальную заутреню приветствовал молящихся возгласом: "Христос Воскресе!" Какая-то бестелесность чувствовалась в его движениях. Правда, он после прочитанных в Великий Четверг Двенадцати Евангелий не принимал пищи до самого разговенья. Вот откуда у батюшки и сиянье его глаз и лучезарность лица...

В 1912 году, весной, после Пасхи, я сильно заболел. Болезнь развивалась быстро, и через несколько дней я уже терял сознание от сильной боли, а живот мой вспух и посинел. Моя мать в ужасе побежала к о. Михаилу. Тот сразу посоветовал собрать консилиум из лучших киевских врачей. Приехали профессор Яновский и профессор Образцов, специалист по желудочным заболеваниям, который сразу нашел у меня запущенное воспаление отростка слепой кишки, а, кроме того - опухоль в кишечнике. Профессора вынесли решение немедля оперировать меня. Я был тотчас отвезен в больницу, и той же ночью сделали мне операцию, которая подтвердила диагноз проф. Образцова.

Матушка Анна Николаевна рассказала моей матери, что в то время, когда мне делали операцию, батюшка все время молился о моем выздоровлении. Операция прошла благополучно. Я начал как будто поправляться, но опухоль на кишке все время увеличивалась. Хирург мне объяснил, что если опухоль прорвется, то может начаться смертоносное воспаление брюшины; поэтому необходима операция, в хорошем исходе которой хирург не был уверен и потому откладывал ее. Все же по настоянию проф. Образцова операция была назначена на 26 мая. Накануне моя мать просила о. Михаила отслужить молебен.

25 мая после обеда мама пришла ко мне в больницу. Побыв недолго у меня, она вышла в коридор...Прошло несколько минут... Открывается дверь и в комнату входит отец Михаил. С ласковой улыбкой подходит ко мне, садится на стул возле кровати и кладет свою руку мне на голову: "Миша, ты не бойся операции! Молись! Бог поможет, и все будет хорошо", - и при этих словах погладил мне живот в том месте, где у меня была опухоль. Затем поднялся со стула, ласково мне кивнул головой и, открыв дверь, вышел из комнаты, и в тот же момент в комнату вошла мама. Меня сразу поразила мысль - как она могла войти в комнату, не столкнувшись с отцом Михаилом и не поговоривши с ним? Я сразу же спросил ее об этом. Она с тревогой посмотрела на меня и сказала, что отца Михаила она не видела...Никто по коридору не проходил... Вскоре приехал профессор Образцов с хирургом, чтобы делать операцию. Профессор долго щупал и мял мой живот и, в конце концов, развел руками и каким-то чеканным голосом произнес: "Опухоли, которая была величиной с голову ребенка, уже нет! Она, видимо, прорвалась в том месте, где была соединена с кишкой, и вся туда вытекла, заклеив собою прорыв. Если было бы иначе, то у больного началось бы воспаление брюшины и был бы жар, но его нет... Мы, - сказал он с дрожью в голосе, - свидетели совершившегося чуда".

Моя мама вечером того же дня пошла к Анне Николаевне. Матушка сразу же сказала: "Отец Михаил в больницу не ходил, а в то время, когда Мише казалось, что он его видит перед собою, батюшка как раз тогда служил в церкви молебен о ниспослании Мише здоровья"...

Из воспоминаний священника Сергея Сидорова:

- Отец Михаил... окончив благословлять и оделять деньгами нищих, подошёл ко мне...

Вблизи его черты, овеянные просветлённой любовью, ещё больше поразили меня. Едва можно было выдержать радостную остроту его взгляда. В храме он долго молился перед ликом святителя Николая... Подошёл ко мне, обнял меня и с грустью сказал, указывая на лик Христов:

- Его страдания очень тяжки. Если у вас будут печали, помните Его.

- Батюшка, - спросил я, - будут у меня сложности?

- Да, этой осенью, отвечал отец Михаил, - но, кто принял венец, спасены будут...

Можно открыть вам грядущее, но ох, как тяжело возложить его на других, однако да будет воля Божья, так должно быть.

Я глядел на него. Острая бородка, как у Исаака Сирина, глаза, сияющие от влажных слёз, и тихая улыбка...

А когда осенью убили моего отца и друзей, я нашёл у него успокоение в моей печали... Будучи священником, часто служил я с ним литургию и должен сказать, что чем ближе и яснее становился для меня его лик, тем ярче познавал я его подвиг, великого жаления людей. Отец Михаил, жалел и праведных и грешных... Он не раз во время погромов защищал от разъярённой толпы евреев и никогда не осуждал громил, говорил, что они тёмные, обманутые люди. Во время многочисленных переворотов у него в семье находили приют гонимые и отверженные. Он в дни голода сам раздавал беднякам деньги, бельё, хлеб... Батюшка отец Михаил многих спас от тёмных духов. Его постоянная молитва о людях, согретая пламенной к ним любовью, разорвала не одни узы душевных и телесных недугов. Особенно в этой борьбе за душу человеческую... видна сила моления отца Михаила. Он советовал мне всегда, перед тем как молиться о ком-нибудь, узнать о нём подробно и жалеть его. "Тогда,- говорил батюшка, Царь Небесный, видя твою любовь, даст тебе за эту любовь и жалость к человеку и силу, соединённую с ней".

В 1933-м году после закрытия Борисоглебской церкви отец Михаил служил сначала в церкви Николы Доброго вместе с от. Александром Глаголевым (до её закрытия), а затем с 1935 года в церкви Николы Набережного.

Из воспоминаний внучки старца Михаила Лидии Чернышенко: "К нему приходили бесноватые, и они кричали в церкви, а он их вычитывал. Вся его жизнь была полна помощью другим... Он защищал всех людей и всякую веру, и так был погружён в служение Богу, что уже ничего не боялся. И меня учил: что совесть тебе скажет, то ты и должна делать... После того как у от. Михаила отобрали дом, он жил с бабушкой на ул. Братской в маленькой комнатке... Из этой комнатки дедушку и забрали в октябре 1937 года".

17 Октября 1937 года старец 78 лет был арестован и заключен в Лукьяновскую тюрьму города Киева.

Духовная дочь от. Георгия Татьяна Ведрина рассказывала, что одна из сестёр храма поведала ей, что перед самым арестом к старцу Михаилу пришёл человек из НКВД и предупредил о том, что его на следующий день должны забрать, советовал уехать, на что старец кротко ответил: "Да разве от Креста бегают?!" Позже стало известно, что на допросе мученику за веру вырвали язык.

7 Марта 1938 года по приговору тройки при НКВД УСССР протоиерей Михаил был расстрелян (место захоронения - неизвестно).

 "В Киеве, в Свято-Макариевской церкви, где служил сын отца Михаила, отец Георгий, есть икона святого Феодора Освященного. Иконописец писал ее с фотографии отца Михаила уже после его мученической кончины. Писал, веря, что час прославления батюшки близок". (Святослав Речинский)

В 1981-м году отец Михаил был причислен Русской Православной Церковью за рубежом к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских.



Старец Михаил, моли Бога о нас!

 

Высказывания старца Михаила

(цитаты из проповедей)

 

 "Самая жестокая борьба - это битва за спасение души, самая трудная победа - это победа над собою... Каждый из нас ежеминутно окружён искушениями, и каждый из нас по своей немощи впадает в грехи... Всю свою жизнь христианин должен... побеждать в себе и наклонность ко греху, с которой мы рождаемся, и те грехи, какие по нашему нерадению или слабости овладевают нашим сердцем. Эта духовная борьба неизбежна в жизни христианина и, ведя её, он духовно растёт, ему в этом помогают вера и благодать Божия.

Побеждая в себе греховное начало, выкорчёвывая из своего сердца страсти и пороки, мы одновременно с этим приобретаем те свойства, которыми украшается христианская душа и приобрести которые мы должны как дети своего Небесного Отца: правду, мир и радость".

 "Любовь к Богу и к людям - вот основа христианской жизни. Любовь есть самый великий дар, ибо она Спасителя низвергла на землю и тем более может, человека возвести от земли на Небо. Земная жизнь - время сеяния, будем доброй, щедрой рукой бросать семена любви, чтобы в своё время пожать нам в изобилии".

 "Чудеса Святителя Спиридона весьма разнообразны, и вместе с тем они пронизаны одной нитью... Никогда Святитель Спиридон не совершал чудес для себя, для своей выгоды... Он имел сердце, пламенеющее великой жалостью к людям, ко всему живому...

И мы, самые обыкновенные, грешные чада Церкви Христовой, можем тоже быть чудотворцами... Нужно только, подобно святому Спиридону, сохранять чистую, искреннюю веру в Того, кто есть воплощенная Любовь, и напоив себя этой любовью, щедрой, доброй мерой излить её на наших ближних.

Если мы не можем воскресить мертвеца, как это делал святитель Спиридон, то вероятно, многие из нас в состоянии пробудить от мёртвого сна для вечной жизни душу, погруженную в мрак сомнений, уныния и отчаяния.

Бурлящий поток мы не перейдём, как это сделал Тримифундский чудотворец, но среди пучины соблазнов найти твёрдую стезю спасения мы всегда сможем, в укрепляющем нас Иисусе. (Флп.4,13)

Змею мы не превратим в злато, но обуздать змея страстей и очистить тёмную порочную душу слезами покаяния, освятить её блеском благородства и нравственной силы, - доступно каждому из нас, искренне стремящемуся к жизни во Христе".

 "Никогда, ни при каких обстоятельствах не будем отчаиваться в своём спасении. Никогда не будем терять надежды на спасение наших близких...Ведь, в самом деле, что мы знаем о жизни другого человека...Мы видим, как грешат люди, но разве мы видим, как они каются...Посмотришь, будто в сердце грешника растут одни плевелы, но Всевидящему Богу видна и пшеница, Ему известны и слёзы и воздыхания. Он слышит незримые для мира муки совести... Наступит день, когда, исторгнув из своего сердца плевелы, чистую отборную пшеницу принесёт покаянное сердце в житницу долготерпеливого Хозяина жатвы духовной...

Боже Милостивый, принявший разбойника покаяние, слёзы блудницы, мытаря призвавый в Царство Своё, прими и наши воздыхания и призови "из тьмы в чудесный Свой Свет", где в незаходимой славе сияют и мученик Вонифатий. И праведница Аглаида, со всеми святыми... Аминь"

 "Есть два образа жизни: жить для себя и жить для других. Жить только для себя, любить только себя - это позорно для христианина. Себялюбие - один из величайших грехов. Это - корень зла, от него идут ветви: гордыня, сребролюбие, сластолюбие... Есть другой образ жизни, - прекрасный мудрый, благородный: жить для других...

Ведь "Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих. (Мф.20, 28)

Служить страждущему человечеству, помогать меньшим братьям, быть "всем вся", - вот единственно достойная жизнь для каждого христианина. Пример служения людям даёт нам Сам Господь Иисус Христос!"

 "Кто исполняет Божий закон любви, тот имеет в себе залог бессмертия. Об этом сказано в Святом Писании: что посеет человек, то пожнёт, посеет плоть, - пожнёт тление, посеет дух, - пожнёт жизнь вечную. (Гл.6.8)

 

 Священник Михаил Едлинский, священник Георгий Едлинский. Любящее Господа сердце: Труды. Проповеди. Воспоминания, Киев, Изд-во: Дух и литера, 2004 г.

При подготовке очерка использовался материал следующих сайтов:

http://www.orthodox.org.ua/page-713.html

http://www.orthos.org/grodno/gev/march2003/mes.htm)

 

             

 

Одесский Блаженный старец Иоанн Петрович Жуковский  

(1890-1960)      

 

 

Иван Петрович Жуковский родился в священнической семье. (Год рождения точно не известен, предположительно в 1890 году). Известно, что отец его служил псаломщиком в селе Нерубайском под Одессой. Его благочестивые родители Петр и Мария воспитывали детей в любви к Богу, собственным примером учили милосердию, они всегда помогали нуждающимся людям. Любимой книгой в семье была «Псалтирь». Иван и его старший брат Петр закончили семинарию.

Старший брат, Петр стал священником в Одессе, служил в храме святителя Димитрия Ростовского. (В 1938 году он был арестован и расстрелян.)

Иван, закончив Одесскую семинарию, работал некоторое время секретарем епархии. В 1923 году  по благословению святого праведного Ионы, Одесского чудотворца (1855-1924), принял на себя подвиг юродства.  В годы безверия, представители власти не арестовывали блаженного. Чудоковатый мужик с мешковиной на плечах, подпоясанный веревкой, живущий при храме свт. Димитрия,  не вызывал подозрения властей.

Блаженный старец долгие годы скитался, ночевал на кладбище, лишь в послевоенные годы обрёл кров – жил в маленькой келье при конюшне в  женском монастыре Архангела Михаила в Одессе. Он пас коров, ухаживал за монастырской

лошадью, убирал двор. При этом зимой и летом он ходил босым (даже убирая снег), в одной и той же длинной рубахе из грубого холста. Только иногда зимой накидывал сверху старенький сюртук, или надевал наизнанку шапку.

Очень любил блаженный кормить странников и прихожан в трапезной монастыря, а летом на нескольких больших столах в его дворе. (Говорят, что посуду он мыл под струями фонтана.)

             Люди стали замечать, что чудит старец не просто так, а часто своими действиями  старается предупредить о грядущих событиях, те, к кому это относилось, часто  смысл  невнятно произнесённых слов в их адрес,  понимали, после того или иного события. С годами верующие люди стали почитать его как человека Божьего. Случалось, он обличал людей в их тайных грехах и с любовью направлял их на спасительный путь. Обладал он и даром исцеления: сестры рассказывали, что одной тяжело больной послушнице монастыря, которая почти месяц не могла принимать пищу, блаженный принес зеленый помидор и заставил его съесть. После этого сестра выздоровела от своей желудочной болезни и никогда больше ею не страдала.

            Протоиерей Георгий Мулько рассказывал, что у его будущей супруги в юности постоянно болел правый бок. Однажды, когда она молилась в храме, к ней подошёл блаженный Иван Петрович и ударил по больному месту. Потом отошёл в сторону и стал молиться. Она очень удивилась, а когда выходила из храма, поняла, что бок больше не болит. По молитвам подвижника она получила исцеление.

По молитвам подвижника исцелилась послушница Надежда, упавшая на мельнице с большой высоты, получившая серьёзную травму, после которой не могла двигаться. Она по ночам по  послушанию трудилась  на мельнице. (Позже - была пострижена в монашество, стала монахиней Анатолией, а затем приняла схиму с именем Артемия.)  После чудесного исцеления, послушница Надежда стала помощницей блаженного старца. Однажды, зимой,  блаженный старец пришёл в 2 часа ночи на мельницу и позвал её,  он держал  котелок со щами и хлеб. Коротко сказал: «Пойдём». Послушница поняла, что, вероятно, кто-то нуждался в помощи, а прозорливому старцу это было открыто. Она знала, что Сам Господь руководит действиями старца, поэтому и пошла, несмотря на то что у неё могли быть неприятности, если бы монастырский сторож доложил  игуменье об её уходе.

Она тепло одетая шла по заснеженным улицам города, смотрела на босого, легко одетого старца, и думала: «Это Божие дитя! Сам Господь его согревает». Блаженный старец привёл её к дому, где в полуподвальном помещении жила женщина с тремя детьми. Женщину разбил радикулит, она не могла пошевельнуться. Старец накормил голодных детей, вручил своей помощнице лопату, и они стали разгребать снег около их дома.  Мать Арсения вспоминала, что когда она работала, то по молитвам старца не чувствовала веса лопаты.

Избраннику Божиему  было открыто кто, в чём нуждается, поэтому он в любое время дня и ночи приходил на помощь страждущим людям. Схимонахиня Артемия считает, что такие люди как блаженный Иван Петрович рождают один раз в сто лет. Она поведала, что подвижник очень мало спал, всегда был у всех на виду, а ночью всегда приходил на мельницу.

Как-то после ночной работы послушница Надежда отправилась в храм, и во время службы задремала. А когда выходила, блаженный её обличил, сказав, что она не была в храме. А когда она стала возражать, задал ей вопрос: «Какое Евангелие зачитывали на Литургии?» С тех пор схимонахиня старается быть внимательной на службе и всегда готова ответить после службы на подобный вопрос.

Матушке  Антонии (ныне схимонахиня Руфина) ещё 1946 году старец рассказал как сложится её жизнь в монастыре,  сказал, что со временем она будет пострижена в схиму с именем  Руфина. Однажды майской ночью 1946 года она работала на мельнице, вдруг за мешками с зерном увидела зарево, а когда подошла поближе, удостоилась стать свидетельницей чуда. Молящийся  старец был окружен ярким светом, при  этом его ноги не касались земли, он парил в воздухе. Приведём отрывок из воспоминаний схимонахини Руфины об этом чудесном событии: «Он был весь как в огне. Поднялся метра на три над землёй». Увидев её, он приложил палец к губам и не велел никому рассказывать об этом до самой его кончины. А утром, отговорил её идти спать, а благословил погулять у моря. Пояснил, что у неё слабое сердце, а морской воздух будет ей полезен, она быстро окрепнет. Старец вручил ей большую сумку, сказав, что она ей пригодится. (Она рассказала игуменье, что блаженный старец благословил её погулять у моря,  получив и её благословение, пошла к морю.)

Когда она  прогуливалась у моря, её внимание привлекла огромная рыба, которая выпрыгивала из воды, а потом и вовсе подплыла к берегу. В тот момент и сбылись слова прозорливца — сумка пригодилась, когда монахиня схватила рыбу. В ней она и отнесла  рыбу в монастырскую трапезную.

Смиренный старец многим людям запрещал при его жизни кому-либо рассказывать о чудесах, происходящих по его молитвам, избегал людской славы.

            Ко всем приходившим он относился с любовью, особенно был внимателен к тем, кого ожидали в ближайшее время скорби и недуги, помогал переносить горе, утешал, укреплял, предсказывал будущее. Бывали случаи, когда он среди ночи приходил в дом родителей моряков и просил всех родственников на коленях молиться вместе с ним. После молитв, ничего не объясняя, уходил. Лишь позже всё прояснялось, когда вернувшиеся домой моряки рассказывали, что именно в то время, когда все молились, их жизни угрожала смертельная опасность, и они чудом спаслись во время бури.

Обычно во время  службы в храме, старец молился перед входными дверями, на лестничной площадке, не заходя в храм, чтобы никто не видел, как он молится. Некоторые из сестер удостаивались видеть его во время молитвы плачущим. Она из верующих была свидетельницей того, как блаженный Иван Петрович после молитв вытирал не только глаза, но и пол (во время молитвы «слёзы лились ручьем») у иконы преподобного Серафима.

Общаясь с прихожанами, он часто помогал им  очищать совесть от грехов, обличал, наставлял. О прозорливости подвижника свидетельствуют следующие случаи:

 Однажды  сестры заметили, что  блаженный поспешно вошёл в храм и направился  к панихидному столу. Панихида еще не началась, стол был заставлен приношениями. Блаженный Иван Петрович взял  пакет с мукой и выбросил его в открытое окно, развернулся и ушёл. Вскоре все услышали женский плачь. Обличённая блаженным женщина, захлёбываясь от слёз, рассказала присутствующим, что подменила муку высшего сорта, которую ей дала  соседка, попросившая отнести  муку, чтобы помолились об упокоении душ её умерших родственников, на свою - первого сорта.

Послушница Иулиания рассказывала, что однажды  во время всенощной, стоя близ алтаря, отвлеклась мыслями о сестре своей Насте, стала продумывать, что напишет ей в письме. А когда пришло  время звонить на «Честнейшую Херувим», выходя  из храма, столкнулась с блаженным старцем, который тут же её обличил, спросив: “Что, написала письмо Насте?»

Блаженный старец очень любил чистоту. Его часто видели с веником или метлой в руках. Бывали случаи, когда он мел мусор особенно тщательно. «Смотрите, как метет, — говорили сестры. — Значит, владыка скоро приедет». Так и случалось.

            Незадолго до своей кончины старец говорил горячо любившим его сестрам монастыря:  «Я скоро умру... Меня за ворота — и вас всех за ворота». Ему стало плохо, когда он трудился в монастырском саду. 28 марта 1960 года он отошёл ко Господу,  и вскоре после этого монастырь был закрыт. *

На могиле блаженного Иоанна Петровича, расположенной возле храма святителя Димитрия Ростовского на Втором христианском кладбище города Одессы до сих происходят чудеса исцелений по молитвам подвижника, который стал ходатаем перед Господом за всех приходящих,  кто просит его молитвенного предстательства. На надгробном кресте Ивана Петровича написано: «Жил, ибо Ты создал. Умер, ибо Ты призвал»

 В настоящее время число почитателей старца растёт. К могиле старца приезжает православный народ Украины, России, Молдовы, Румынии, Польши, США, Белоруссии и других стран.

По благословению нашего Владыки Агафангела снят фильм «Блаженный старец Иоанн Петрович Жуковский» и вышла книжка «Жизнеописание блаженного старца Иоанна Петровича Жуковского», которые можно приобрести в церковных лавках Одессы.

 

Дни памяти старца: День Ангела — 20 января Собор Иоанна Крестителя.
День кончины — 28 марта.

 

 

* Краткая история монастыря: « В 1835 году генерал-губернатор граф Михаил Воронцов построил на пустыре у моря, на окраине города, церковь в честь своего небесного покровителя Архангела Михаила. В 1840 году Священный Синод постановил при этом храме учредить женский общежительный монастырь. Одесский Свято-Архангело-Михайловский женский монастырь в 1923 году был закрыт за поддержку патриарха Тихона и отказ следовать обновленческому расколу. При оккупации Одессы в 1941 году в городе открылись все храмы. 27 апреля 1942 года был составлен акт передачи помещений монастыря сестрам обители. 3 сентября 1944 году в обители проживало более 70 сестер. В 1961 г. монастырь вновь был закрыт, а его территория передана городской туберкулезной больнице... Возрождение обители началось в 1992 году.

 

«Жизнеописание блаженного старца Иоанна Петровича «Жуковского».  Одесса. Изд-во. «Надежда». 2009.

Блаженный старец Иоанн Петрович Жуковский http://www.pravoslavie.ua/shrines/diocese-odesskaya/35/

Православная Одесса. http://eparhiya.od.ua/eparhiya/monastyiri-/42-svyato-arhangelo-mihaylovskiy-jenskiy-monastyir)

Использовались материалы фильма «Блаженный старец Иоанн Петрович Жуковский» (2010)

 

 

 

Схиархимандрит Иона (Игнатенко)

(1925-2012)

 

 

 

            Духовник Свято-Успенского Одесского мужского монастыря схиархимандрит Иона (в миру Владимир Афанасьевич Игнатенко) родился на Кировоградщине 10 октября 1925 года. Он был девятым ребенком в семье, мать родила его в 45 лет.

            Его родители, Афанасий и Пелагия, были людьми верующими, работящими. В семье была одна лошадь и две коровы, но вскоре всё отобрали. Схиархимандрит Иона  вспоминал: «Новая власть пришла нас раскуркуливать. Семью из одиннадцати человек! Какие же мы кулаки?.. Одна из причин раскулачивания была в том, что мы не скрывали своей веры в Бога, посещали церковь....

Когда приду со школы, подойду к маме и скажу... В школе говорят Бога нет, а мама мне отвечает — не верь, Володя, Бог есть. Без Бога не до порога, молитва и труд все перетрут. Эти слова матери помогают мне и сейчас». (В 30-е годы верующих людей преследовали, разрушались храмы и монастыри, священнослужителей и монахов ссылали в Сибирь. В Одессе осталось лишь 3 действующих храма.)

            В 1937 году семья переехала  в Грузию. Владимир не смог окончить общеобразовательную школу, пришлось  с тринадцати лет  работать, чтобы помочь родителям. С 1941 года, в возрасте шестнадцати лет, работал на нефтяных промыслах. Во время Великой Отечественной войны трудился на оборонном заводе, а после победы работал трактористом, потом шахтером. В молодости с ним произошла чудесная история. Пахал он ночью и заснул за рулем трактора. А когда внезапно проснулся, увидел  в свете фар перед трактором стоит женщина. Он заглушил мотор, выскочил, но никого не увидел, а обнаружил, что остановился на краю обрыва. (Отец Иона говорил, что это Богородица его от смерти спасла.)

            В сорок лет  он заболел туберкулезом. Тогда и понял, что пришло время  душу спасать. Видя, как в  больнице,  умирают больные, он поклялся Богу, что если Господь его исцелит, то он примет монашество.

            А когда поправился, отправился  в Абхазию, несколько лет жил в горах с монахами-отшельниками.

Впервые пришел батюшка в Свято-Успенский мужской монастырь в 1964 году, когда проживал в Молдавии. Преподобный Кукша Одесский (1875-1964) благословил его поступать в Свято-Успенский монастырь. Сразу попасть  в монастырь ему не удалось. Он вырыл на берегу моря пещеру, натаскал туда соломы и листвы, там и поселился. Потом, когда в монастыре нужны были трактористы, устроился в монастырь как тракторист, позже трудился в коровнике. Спать приходилось рядом с коровами.

            В то  время трудно было попасть в монастырь, но в трудолюбии ему не было  равных, а такие послушники были нужны. Поэтому и взяли Владимира в монастырь, видя, что он работящий, не гнушается грязной работы.

В 1971 году Владимира приняли в число братии Свято-Успенского Одесского мужского монастыря. 25 марта 1973 года послушник Владимир был пострижен Высокопреосвященнейшим Сергием (Петровым), митрополитом Одесским и Херсонским в иночество.

            8 апреля 1979 года он был пострижен в монашество наместником Свято-Успенского монастыря архимандритом Поликарпом в честь святителя Ионы, митрополита Московского и всея Руси, чудотворца (31 марта/13 апреля).

            22 февраля 1990 года монах Иона был посвящен в священнический сан викарным епископом Иоанникием (вскоре ставшим митрополитом Луганским и Алчевским), в Свято-Успенском храме Свято-Успенского Одесского мужского монастыря.

В 1993 году отец Иона стал игуменом, а 22 апреля 1998 года получил сан архимандрита. (Еще, будучи игуменом, отец Иона был одним из духовников Свято-Успенского мужского монастыря.)

«У схиархимандрита Ионы три небесных покровителя, — говорил владыка Агафангел, — святой равноапостольный Владимир, святитель Иона, митрополит Московский, в честь которого он принял свой первый постриг, и в схиме пророк Иона. Благодатные качества сих трех великих святых Православной церкви по благодати Божией присущи старцу Ионе и его подвижнической жизни».

            За свое трудолюбие и любовь к людям, он удостоился даров Святого Духа: прозорливости и дара исцеления. К  нему приезжали за советом и молитвенной помощью со всего бывшего Советского Союза. Он собственным примером учил всех любви, кротости, смирению, всепрощению, призывал духовных чад никого не осуждать, и не держать обид.

Многие люди исцелялись по его молитвам, хотя он старался приписывать чудеса исцеления только елею, которым мазал болящих. Верующие стремились попасть к нему на исповедь, зная о силе его молитв. Прозорливый старец  на исповеди сам напоминал грехи кающимся, в случае тяжких грехов были паузы — он продолжительно и усердно молился о прощении грехов кающихся грешников. Он всю жизнь призывал грешников покаяться, но никого не осуждал, всех врачевал любовью. Часто брал чужие грехи на себя, вероятно, поэтому тяжело болел. Кроме многочисленных болезней, ещё онкологическое заболевание позвоночника. Врачи говорили, только чудом можно назвать то, что отец Иона жил последние годы. Старец с великим смирением нёс крест  болезни.

Рассказывает Игорь Жданкин, художник, иконописец: «Одно время мне часто удавалось исповедоваться у отца Ионы. Иногда во время Вечерни в Успенском храме меня пускали в пономарку, туда же из алтаря выходил батюшка и принимал исповедь, как всегда с огромным участием, теплотой и искренним сопереживанием. Какое сердце не растает от такой любви, и кто измерит, сколько тонн груза мы оставили под Его епитрахилью! Поэтому и стремились к Нему отовсюду здравые и недужные, богатые и нищие, отцы, архиереи, монахи, верующие и безбожники. Всех принимал, за всех молился, и на всех хватало любви Христовой...»

            Из воспоминаний духовного сына старца Ионы  москвича В.: «Как-то мне сказали: будешь в Одессе, постарайся встретиться с монахом Ионой». Я помню, как первый раз меня привели в Успенский монастырь к отцу Ионе. Он отправлялся на послушание, шел с косой на плече в поношенном подряснике с заплатами, а вокруг простого монаха собралась большая группа православных людей, которые желали получить ответы на свои духовные вопросы.

             В то время я услышал удивительную историю, которая произошла в Успенском монастыре. Покойный митрополит Сергий стал выговаривать братии, что многие ходят в старых поношенных подрясниках. Все стояли, слушали упреки архиерея. Но когда подходили под благословение, неожиданно появился монах Иона, который исполнял послушание дизелиста.

            Подойдя под благословение, отец Иона наклонился и на глазах у всех вытер испачканные машинным маслом и соляркой руки о шелковый подризник митрополита Сергия, а затем, смиренно взяв архиерейское благословение, ушел. Надо сказать, что и митрополит Сергий проявил смирение и мудрость, достойную старца. Ни слова не сказав о поступке монаха, владыка прислал монахам обители, у которых были самые худые и залатанные одежды, новые подрясники. В том числе и отцу Ионе.

            У схиархимандрита Ионы в келье среди икон стоял всегда портрет Александра Васильевича Суворова. Старец называл Суворова Русским Архистратигом и считал святым. Старец говорил, что полководец был великим молитвенником и побеждал с помощью Божией, благодать Святаго Духа укрепляла Русского Архистратига.

            Отец Иона еще до прославления святых Царственных мучеников благоговейно почитал их. По мировоззрению отец Иона был монархистом. Старец верил, что если будет искреннее покаяние, то Милостивый Господь по молитвам Пресвятой Богородицы, Царицы Небесной восстановит Святую Русь во главе с Православным Царем — Помазанником Божиим.

            Некоторые духовные чада батюшки говорили, что старцу было видение Матери Божией, в котором было открыто, что спасаться он должен в Успенском монастыре в Одессе...»

            Многих удивляла его прозорливость. Вспоминает раба Божия Елена: «Когда-то, когда к батюшке подойти можно было свободно, случился у меня на работе конфликт с руководством. И так меня прижали, что решила уж пожаловаться на свое начальство. По дороге на работу заехала в монастырь. Батюшка встретил меня на пороге храма со словами: — ты где награды хочешь? Здесь на земле или в Царстве небесном? Я опешила. А отец Иона велел мне немедленно ехать на работу, никому не жаловаться, а как начальнику вышестоящее руководство устроит головомойку и он обвинит во всем меня, не оправдываясь, попросить прощения. Так и сделала. Тяжело было. Заболела. А за время болезни начальника сняли».

Отец Иона был очень внимателен к тем, кто его окружал. Когда старец серьёзно болел, он очень беспокоился о людях, которые ждали его и специально приезжали к нему, поэтому часто он посылал к ним своего келейника с подарками. Келейник  раздавал фрукты или печенье, для страждущих было большим утешением получить гостинец – благословение старца. Они могли через келейника передать ему записку с просьбой о молитвенной помощи.

            Из воспоминаний рабы Божией Лидии: «Это был человек великого смирения. Это абсолютное смирение проявлялось буквально во всем. Скольким людям батюшка утер слезы, скольких привел к вере, знает только один Господь. Для меня лично батюшка был опорой, отрадой и утешителем, молитвенником на протяжении многих лет. Сколько любви к людям у него было! Он даже на смертном одре, за два дня до смерти принимал людей... Глубокой осенью, люди уже в теплых куртках и шапках, по дороге с храма в келию окружили его и долго-долго не отпускали одетого в легкий подрясник. Батюшка уже аж синий от холода, но терпеливо благословлял, что-то раздавал. И никому не пришло в голову, что батюшке очень холодно и его пора отпустить... Батюшка имел удивительную способность говорить на пользу для души; при общении с ним как-то сразу все проблемы и печали с которыми ты пришел, уходили на задний план, а на первом сразу становились мысли о будущей жизни, о вечности, о Боге, появлялось какое-то спокойствие, силы дальше жить, терпеть скорби, открывалось как-бы «второе дыхание» и ты уходил всегда утешенным».

Вспоминает монахиня Евфросиния (Мухаметзянова): «Узнала я о схиархимандрите Ионе (Игнатенко), одесском старце-утешителе, за месяц до его кончины. Милостью Божией, я попала к нему на благословение тогда, когда он принимал уже только единицы ближайших своих духовных чад. Очищенный горнилом болезни, он кротко терпел боли в спине. Полтора часа я провела возле одра батюшки Ионы. Его за несколько часов до этого привезли из реанимации, но батюшка был бодр, а самое главное — он был радостен, как дитя. Все это время батюшка оживленно рассказывал о своей жизни, перемежая воспоминания о собственной жизни, рассказами об угодниках Божиих из Священного Писания, о них он говорил как будто о своих ближайших родственниках: подробно, насущно и отчетливо. С необыкновенной быстротой батюшка подкладывал нам книги, в которых безошибочно находил места для зачитывания... Батюшка Иона ни разу не сказал о своих страданиях, но был исполнен благоговения и благодарности Богу за полученные дары. Он обмолвился, что сейчас с нами много Ангелов. Постоянно обращался он к Божией Матери. А возле его одра была фотография голосеевской подвижницы Алипии.

            Его любимым образом, перед которым он молился в последние месяцы и перед которым почил, была икона Сирийская Богоматерь, Ее он называл еще «Взыскание погибших». Это была копия одной иконы, которая замироточила в храме в виде слезы юной Богоматери. Батюшка говорил так: «А Младенчик Иисус гладит по шейке Ее и говорит: не плачь, Мама, Я всех помилую, всех спасу, о ком Ты плачешь».

            Батюшкин голос, слабый от болезни, но такой нежный и сладкий, вдруг начинал звучать громко, дерзновенно и торжественно, когда он рассказывал о Давиде и Моисее. Батюшка как бы извинялся, что получил много почестей и признательности от людей за множество исцелений, полученных людьми по его молитвам и через помазание святым елеем, который он неустанно составлял от всех святынь, где бывал, набирая масло от лампад перед чудотворными иконами и мощами. К нему специально посылали безнадежных больных, и порой они исцелялись. «Это Бог все делает, а не убогий Иона», — несколько раз провозглашал он, чуждый самомнению. Он считал свои болезни расплатой за излишнюю славу человеческую и сетовал, что болезни мешают его предназначению — принимать у людей Исповедь, а это он считал главным в своем служении. «Сейчас не могу идти в храм исповедовать», — сокрушался он...

            Удивительное миролюбие и кротость позволили батюшке, чуждому всякого конформизма и уступок «миру сему», подчиняющих уже и многих верующих, как-то ласково уживаться со всеми и во всяких обстоятельствах...

Чуждый себялюбию и корысти, он стал опорой и совестью Православия на Украине, особенно в Одессе, оставив после себя добрую память и в монастырском братстве, и в семинарии, и у горожан. Его знали все, многие игумении устроили по его заветам обители.

            Батюшка почил накануне празднования Николы зимнего. Подобно Николаю Чудотворцу, и его простодушное детское сердце не знало отказа у Бога. Полтора года назад он слег с множеством недугов, главным из которых была сердечная недостаточность. И вот в Киеве ему вживляют кардиостимулятор, и он… сбегает в коляске из больницы в Иерусалим, на Гроб Господень... И встал на ноги, и вернулся в родной Одесский Успенский монастырь к мощам преподобного Кукши, которые пребывают в этом монастыре...

            Духу уныния он противопоставлял молитвенный щит, а также шутку, добрый смех.

            Батюшка благословил меня и подарил мне копию Сирийской иконы Божией Матери, которую он очень почитал и считал чудотворной. Она сопровождала его кончину. Эта бумажная копия иконы замироточила и дивно благоухала за две недели до его кончины. И это знак того, что отец Иона был любимцем Божьей Матери, Которая предупредила нас о его скором успении.

            Отец Иона был современным исихастом, основное время он проводил в глубокой сердечной молитве и молчании, сосредоточении и трезвении. Он жил в присутствии Бога и Матери Божией, использовал каждое мгновение, чтобы погружаться умом в сердце, сердечной молитвой обрести мир и радость о Духе Святом.

            Подобно великим духовникам Афона, он на Исповеди был голубем, который собирает под крылья птенцов своих, греет, питает и защищает от непогоды. Не обличая строго, иносказательно называя грехи, которые открывал ему о кающемся его чистый ум, устремленный к Богу, он подвигал к тому, чтобы люди вспоминали и называли тяжкие постыдные грехи, без чего Исповедь не имеет силы очищения...

            Последние сутки, когда он был в сознании, его духовное чадо Елена провела рядом с батюшкой, читая акафисты, а батюшка подпевал ей. В это время ему не понадобились обезболивающие уколы, так как сила молитвы пересиливала боль. Всю ночь Елена читала Псалтирь — все мы нуждаемся, чтобы была рядом хоть одна живая душа, особенно в предсмертный час, который не легок и для подвижников.

            Небольшой отдых от постоянного молитвенного делания он находил в воспоминаниях о паломничестве на Афон и к другим святыням мира. Он был чуток к красоте природы, любил всякую живность, особенно осликов. А во дворике его келии жили ручные белочки.

            Батюшка был стремительный и подвижный, привык к исполнению многих и трудных послушаний от священноначалия. Он исповедовал тысячи людей. Когда батюшка шел в храм, его сопровождали толпы в двести-триста человек, выстраиваясь коридором на его пути. Его главной отличительной особенностью было то, что он никогда видимым образом не тяготился тем, что был окружен толпой страждущих, хотя по временам и он обезсиливал. Он быстро восстанавливал силы, потому что хотел отдавать свои таланты людям...

            После последнего Причастия отец Иона претерпел упорные и болезненные попытки его реанимировать.

            Отец Иона не скрывался от толпящегося возле него страждущего народа. Тысячи людей считали его духовным отцом. И еще тысячи устремлялись к дверям его кельи, чтобы узнать волю Божию у истинного старца, получить от него исцеление и духовный совет...

Одно лишь оружие было у старца Ионы — любовь, любовь, любовь. Впервые видя человека, батюшка мог все лицо ему обцеловать, накормить его булочкой, обильно помазать святым маслом, подарить иконочки и книжечки — этого достаточно было, чтобы вселить в человека надежду на лучшее...

Батюшка совершал «отчитку» одержимых людей не по требнику, а своей пламенной, жертвенной, полной сострадания молитвой, которая у него не могла прекратиться — он ею дышал, ею стучало его сердце, ею занят был его чистый ум. Также его чудодейственное масло, собранное со всех святынь, которые он постоянно посещал, обновляясь благодатью, несомненно исцеляло и врачевало телесные и душевные недуги. Эти недуги батюшка видел, но по кротости своей и смирению никогда не предъявлял своему чаду, уважая свободу каждого человеческого волеизъявления. Он мог открыть человеку самое потаенное зло, но в мудрых прикровенных отвлеченных сюжетах, которые вскрывали гнойную язву души. После исповеди у батюшки людям возвращалась радость от прощения грехов. Он был духовным хирургом, но очень добрым, с таким обезболивающим арсеналом, что его не боялись и великие грешники. Но это наказание любовью («накажет меня праведник милостью») действовало сильнее, чем епитимья. Подсекая корень греха, батюшка вызывал к нему отвращение и боль совести. Начало премудрости — страх Господень...

Он видел суть происходящих процессов и никогда не благословлял людям того, что им было пока не по силам...

            Батюшкин любимый святой — Алексий, человек Божий, которого за особую близость к Богу, неотмирность, беспримерное целомудрие и нестяжание подвергали побоям грубые нравом люди, среди которых жил сын богатого римского сановника...

            Вот лишь несколько свидетельств духовной силы его молитвы:

Одна женщина привела мужа-безбожника в монастырь. Безбожник подбежал к старцу, назвал по имени и сделал земной поклон.

У монастырского сторожа Михаила был сынок, у которого образовалась опухоль в животе, и его повезли на операцию. Однако отец ничего не делал без благословения батюшки Ионы. Тот отменил операцию и велел привести мальчика к себе. Врачи запретили ему даже глоток воды, а батюшка велел съесть ему булочку, после чего опухоль исчезла.

Батюшка был не против операций. Одной женщине он благословил операцию по мастопатии, она же уехала лечиться к отцу Георгию-травнику, но вскоре умерла.

Еще одной женщине, онкобольной, которой врачи дали три дня жизни, он благословил пособороваться и ежедневно причащаться, и она еще жила, а ее семья воцерковилась...

Батюшку, как пришедшего в монастырь поздно, вначале не признавали афониты — там старцами становятся девственники, прожившие всю жизнь на Афоне, не видя женщин. Но когда произошел случай, открывший особое благоговение Царицы Небесной к старцу Ионе, — об этом случае писали греческие газеты, — их мнение о нем изменилось. И Батюшка стал желанным гостем на Афоне, жил там по несколько месяцев.

            А дело было так. Когда он молился в алтаре у Киккской иконы Богородицы, то риза, покрывающая ее лик, сама поднялась, чтобы батюшка увидел икону.

            Батюшка жалел весь мир, сокрушался об Америке и Западной Европе, забывающих Бога, молился об обращении мусульман.

            Ушел из жизни батюшка преподобнически... Утром на святую Варвару батюшку пришли причащать. Он сам перекрестился с трудом, сам проглотил Святые Дары. Великомученица Варвара имеет благодать подавать Причастие перед смертью, напутствовать Святыми Дарами умирающих. И было 17 декабря, день ее памяти. После Причастия батюшка в сознание не приходил. И ровно через сутки, в течение которых батюшку кололи уколами, дыхание его тихо прекращалось. Люди, которые прикладывались к руке усопшего в течение последних 5-ти дней, ощущали ее мягкость и теплоту.

            И вот его тело на праздничной службе Святителю Николаю упокоилось посреди храма. Все время звучало Евангелие, прерывавшееся панихидами, сменяли друг друга священники, народ теснился вокруг гроба праведника круглые сутки. Когда тело вынесли на погребение, море народа осветило солнце. Отца Иону похоронили в склепе, из которого в 2000 году извлекли мощи Святителя Иннокентия Херсонского.

            18 раз побывал схиархимандрит Иона в Иерусалиме, 19 раз на Афоне, 10 раз на Синае и Кипре.

            Игумения Свято-Георгиевского монастыря Пелагия рассказывала, что еще мирянкой она побывала у батюшки, и он подошел и накрыл ее своей мантией. Позже, она с сестрами стала его духовными чадами. Когда она упрашивала батюшку посетить монастырь, он сказал, что знает обо всем, только ножками разве там не походил. И все же как-то матушке удалось тихонько увезти батюшку в монастырь прямо из кельи. Целую неделю отец Иона исповедовал и окормлял сестер. Однако через день вся Одесса была уже в Данилках. Видели матушку в келье у отца Ионы и сообразили, куда он мог исчезнуть. И толпы народа стояли по сторонам дорожки у храма в келью батюшки.

            Отец Валерий отклонял предложение о рукоположении из-за несогласия жены. Но отец Иона по телефону благословил его на священство, а затем при встрече сказал ему, чтобы он два года послужил псаломщиком. Действительно, через два года супруга согласилась стать матушкой. Когда отец Валерий сомневался, то, попав на общее благословение к батюшке, слушая жития святых, услышал о рукоположении известного подвижника XIX века Парфения Киевского. Отец Иона повернулся к нему с одобрением. Когда же отец Валерий все же задал все тот же вопрос, отец Иона сказал — ты же слышал житие. По смирению, батюшка все ответы для приходящих давал через чтение...

            На вопрос, как спастись, он неизменно говорил о монашестве, вкладывая в это понятие стяжание целомудрия и Иисусовой молитвы. Книжечки о молитве и четки он раздавал неукоснительно и по несколько раз. Настаивал и на том, чтобы верующие мужчины носили бороды...

            Он как ребенок радовался приезду монахинь, своих чад, любуясь чистотой их душ, он не хотел их отпускать от себя, даже изнемогая от болей. Игумения Пелагия рассказывает, что увидела преображенное лицо батюшки, просветленное, с кожицей ребячьей, одухотворенной красотой...»

Схиархимандрит Иона свято верил, что Господь и Божия Матерь не оставят Святую Русь. Скорбел схиархимандрит Иона о том, что политики отрывают Украину от России. Батюшка говорил: «Нет отдельно Украины и России, а есть единая Святая Русь. А разделить нас решили враги, чтобы уничтожить Православие на Малой Руси. Но Господь того не допустит».

            Из  письма духовных чад старца, проживающих в г. Белгород-Днестровского Одесской области: «Наша семья является духовными чадами схиархимандрита Ионы (Игнатенко), и нам хотелось бы передать то, что мы сами лично слышали от Старца для "общего укрепления братии ", как говорил сам отец Иона. В словах и пророчествах батюшки сомневаться не приходится, потому что все, что он предсказал нам, касающееся нашей семьи (вплоть до мелочей), сбылось и сбывается. Поэтому сомневаться во всех его пророчествах, касающихся судеб мира, дело вряд ли благодарное.

            Итак, еще в 2007 году батюшка говорил нам: « И придут на нашу землю католики... Недолго они пробудут, но сколько зла натворят, и сколько крови прольют.., - и тут батюшка схватился за голову,- ой-ой-ой-ой, но с позором они и уйдут...» Тогда мы восприняли эти слова с известной долей скепсиса. Я думал, что это может быть когда-нибудь и произойдет, но не с нами, и не в обозримом будущем. И вот....

            По поводу разделения и войны на Украине батюшка говорил, что эта война духовная, и что бы они ни говорили, - ее самая главная цель - это оторвать Украину от Святой Руси и уничтожить на ней православие. Но потом как бы всмотрелся вдаль и сказал: "Но Господь этого не допустит".

            По поводу доллара. Кто-то пожертвовал батюшке сумму в долларах, и, держа в руках купюры, батюшка сказал: "Да что вы за этим долларом гоняетесь... Посмотришь, да эти доллары, как листья осенью, ветер гнать по дороге будет, никто за ними и не нагнется, будет дешевле бумаги..."

            18 декабря 2012 года на 88-м году жизни после тяжелой продолжительной болезни старец тихо отошел ко Господу. 22 декабря Высокопреосвященнейший Агафангел, митрополит Одесский и Измаильский совершил заупокойную службу по почившему духовнику Свято-Успенского Одесского мужского монастыря схиархимандриту Ионе (Игнатенко) в сослужении многочисленного духовенства, прибывшего из различных епархий Украинской и Русской Православных Церквей.

 После завершения литургии митрополит Агафангел обратился к десяткам тысяч верующих, собравшихся в этот день, чтобы попрощаться с батюшкой, с архипастырским словом, в котором рассказал о нелегкой жизни старца.

 Затем митрополит Агафангел совершил чин погребения схиархимандрита Ионы.

 После окончания заупокойного богослужения гроб с телом старца был обнесен крестным ходом вокруг собора, а затем, на братском кладбище Свято-Успенского мужского монастыря, Высокопреосвященнейший Агафангел совершил литию по почившему духовнику обители. После последних архипастырских молитв тело схиархимандрита Ионы было предано земле.

Отец Иона навсегда останется в памяти всех знавших его как мудрый, радостный и прозорливый священник, строгий монах, усердный постник и молитвенник, искренний послушник, как человек, щедро делившийся своим богатым жизненным опытом, согревавший своей любовью каждого, кто обращался к нему за советом.

 

Высказывания старца Ионы:

 

 «...Жизнь становится ценной, когда ты ее проживаешь честно перед людьми и Богом, когда твой советник — совесть!»

«Хорошо быть монахом! Вот ты женишься — сколько у тебя детей может быть? А я не женат, зато знаешь, сколько у меня детей много? Я такой многодетный!»

«Сам человек никак не может спастись, только Господь нас спасает. А раз Господь спасает, то, что нам надо основное делать?.. Надо молиться и трудиться "

«Господи поможи, а сам не лежи»».

«Нужно просить Господа о спасении наших душ».

«Одному Богу жалуйся, у него проси, от него помощи жди... «Да исцелит вас Господь!"

«Борьба против себялюбия тяжела, но все совершается в этом мире по благодати Божией».

«Молитва и труд — два крыла».

«Нужно только молиться, не нарушать заповеди Божие... За короткое страдание здесь, наследуем Царствие Небесное...»

«Когда человек плохо подумал, сразу Благодать теряет... Благодать отходит»

«У человека душа не умирает. Тело – это рубашка. Тело временно. Душа – вечна...

Душа несколько грамм имеет, она может летать. В душе разум..., воля, совесть, доброта, любовь...»

 

*

Краткая история возникновения монастыря:

По преданию митрополит Киевский и Галицкий Гавриил (Банулеско-Бодони), экзарх Молдовлахийский еще в 1804 году, находясь в Одессе, выразил свое восхищение чудесным видом и расположением дачи Александра Теутула.

Узнав о желании Александра Теутула построить здесь церковь и маяк, он вскоре благословил благоустроить на этом месте общежительный мужской монастырь.

В 1814 году на пожертвованной земле было основано архиерейское подворье, а в 1820 году митрополит Гавриил ходатайствует об устройстве мужского монастыря. В 1824 году ходатайство окончательно утверждено.

В первой четверти ХIХ века на юге России появляется Одесский Свято-Успенский мужской монастырь, который на протяжении двух столетий был центром духовности и благочестия.

 

Схиархимандрит Иона Одесский. Монахиня Евфросиния (Мухаметзянова). «Благовест».2013.

 http://xn--80aaaabhgr4cps3ajao.xn--p1ai/-public_page_18890

"Схиархимандрит Иона (Игнатенко)": Яций Александр Михайлович. Православный семейный альманах «Воскресная школа», выпуск №1 (3) 2013

Наступит время... "Русская народная линия" http://ruskline.ru/news_rl/2014/12/33/nastupit_vremya_kogda_dollary_budut_kak_osennie_listya_i_nikto_za_nimi_ne_nagnetsya/

 

       

     

Старец Зосима (Сокур)

(1944- 2002)

 

"Все, кто имел радость общаться с этим дивным подвижником, отмечают, что он как бы излучал некий Свет, Свет доброты, мира душевного и радости о Господе. Сей Свет витает и ныне над его обителью, а особенно - у его могилки".

В. Карагодин

 

 Схиархимандрит Зосима, в миру Иван Алексеевич Сокур, родился 3 сентября 1944 года. По благословению ныне прославленного схиигумена Кукши, младенца нарекли Иоанном - в честь Иоанна Крестителя. Отец Ивана, Алексий, был родом из донских казаков. Мария, мать будущего подвижника, была женщиной глубоко верующей и благочестивой. Алексею не суждено было увидеть своего ребёнка, он погиб на фронте в год его рождения. Родила Мария своего сына в тюремной больнице - в далекой сибирской деревне Косолманка Верхотурского района Свердловской области, где отбывала срок за "религиозную пропаганду".

С детства Иван мечтал быть священником. Ещё едва выучившись говорить, он как-то из консервной банки и шнурков сделал подобие кадила и, размахивая им, словно батюшка в храме, лепетал: "Вот так я буду, вот так". В семь лет мальчик уже свободно читал на церковно-славянском языке.

Детские годы Ивана прошли в Авдеевке - небольшом городишке шахтёрского Донбасса. По неисповедимым судьбам Божиим именно Авдеевка в послевоенные годы стала благодатным оазисом среди духовной пустыни пролетарского края. Здесь после долгих скитаний, тюрем, ссылок и лагерей нашли пристанище сестры Иоанновского монастыря, а также многие чада великого Кронштадтского Пастыря: схимницы, монахини - великие молитвенницы и исповедницы. Среди них была и тетушка Ивана, сестра его матери - монахиня Антонина. Все они собирались для тайных ночных молений в доме благочестивых сестёр Сокур.

Из воспоминаний старца: "Позакрываем все окна, двери - подушками, одеялами, и поём вечерню, утреню, акафисты, правило - и так целую ночь... Особенно во дни памяти дорогого батюшки о. Иоанна Кронштадтского - всегда собирались матушки молиться... Все чтили о. Иоанна как великого святого и жили верой, что неминуемо придёт время всемирного прославления Кронштадтского Пастыря. И мне, малому, матушки говорили: мы не доживём до этого светлого дня, а ты должен дожить и петь величание о. Иоанну..."

От духовных чад великого Чудотворца отцу Зосиме достались в духовное наследство многие личные вещи святого.

Монахиня Антонина оказала большое влияние на духовное формирование мальчика. Старец вспоминал: «Копаем картошку, а тётя и маменька вслух молятся: "Господи Иисус Христе Сыне Божий помилуй нас" или поют псалмы...

У меня всю жизнь была одна партия - это Матерь Церковь, у меня был один партийный устав - это Евангелие и Закон Божий... Надо мной в школе очень издевались, за то, что я в Церковь ходил. Перевоспитывали учителя, привлекали школяров: вы там побейте этого попа, чтоб он в церковь не бегал!»

Ивана избивали, но в конце "этого воспитательного процесса" он кротко улыбался и говорил: "Ну ладно, хватит. Давайте я буду вас благословлять". Так с детства он научился побеждать всех своих врагов кротостью и любовью... Уже тогда Церковь Христова стала главным смыслом его жизни.

В каких грехах только не обвиняли верующего мальчика, но всегда его спасало одно обстоятельство - учился он на "отлично".

Во всех учебных дисциплинах он показывал глубокие познания...

В семье внимательно следили за духовным образованием Ивана: он читал жития святых, а потом должен был тщательно пересказать прочитанное. Настольной книгой детства и юности о. Зосимы был духовный дневник св. Иоанна Кронштадтского "Моя жизнь во Христе".

Старец впоследствии многим советовал: "Не знаете, как поступать? Помолитесь - и откройте книгу "Моя жизнь во Христе", и о. Иоанн Кронштадтский вразумит вас, у него найдёте ответы на все ваши вопросы..."

Со школьных лет Господь сподобил будущего старца пользоваться и живым, личностным примером ревностного святого пастырского служения Богу и людям - в Авдеевский храм пришёл служить отец Димитрий (Песков). Он был известен как проповедник и молитвенник, обладавший даром благодатного рассуждения, которого и стали окормляться духовные чада Иоанна Кронштадтского.

Отец Димитрий сразу полюбил благочестивое семейства Сокур: сестёр он благословил печь просфоры, а Иван пономарил у него в алтаре - ему многоопытный пастырь уделял особое внимание, видя в нём восходящее светило церкви.

В 1961 году Ваня Сокур с золотой медалью окончил первую Авдеевскую школу. По благословению о. Димитрия Иван поступил в Донецкий сельскохозяйственный техникум - на ветеринара. Казалось, трудно было бы найти специальность, которая больше бы не соответствовала его душевным качествам. У него было сердобольное сердце, которое физической болью отзывалось на страдание каждого существа.

Всего год проработал молодой выпускник техникума по своей специальности - ветеринаром.

 "А теперь пора и Богу послужить - иди в Лавру!" - благословил Ивана о. Дмитрий.

В Лавре Ивану посчастливилось стать духовным сыном схиигумена Валентина. Прозорливец предостерёг его от тех искушений и соблазнов, которые поджидали его на жизненном пути. В частности, юному послушнику было сказано следующее: "Тебе 13 раз будут предлагать епископство, а единожды - быть главой РПЦ в Японии. Отказывайся - это не твой путь. Твой путь - быть рядовым сельским батюшкой". Эти слова старца в точности исполнились в последний, 13-ый раз епископство о. Зосиме предлагали в 1997 году - и всегда, сам, будучи уже многоопытным наставником, батюшка являл пример послушания своему духовному отцу.

В Киево-Печерской Лавре юноша пробыл до её закрытия богобочерскими властями и стал свидетелем этих трагических событий:

 "Как плакали старцы, схимники, когда Лавру закрывали. Закапывали свои святые иконы - спасали от поругания. Но все жили верой, что Лавра вновь откроется..., что Лавра возродится и будет вновь служить... Старцы, умирая, передавали все богатства Лавры, знали, что всё это ещё пригодится".

После закрытия Киево-Печерской Лавры юноша был принят послушником в Свято-Духовский скит Почаевской Лавры.

После закрытия скита Иван пытался поступить в семинарию. Священника, который осмелился дать ему рекомендацию, убрали за штат.

Вначале поступал Иван в Загорск. Не смотря на то, что все экзамены были сданы на "отлично", из КГБ пришло указание, чтобы документы вернули обратно...

В эту трудную минуту он повстречался с Владыкой Павлом, епископом Новосибирским, который проникся сочувствием к его мытарствам и предложил ему поехать в далекий Новосибирск, чтобы уже из "глухой таёжной" Сибири поступать в Ленинградскую Духовную Семинарию.

Через год, с Божьей помощью, сбылась заветная мечта Ивана - он поступил в Ленинградскую Духовную Семинарию. Экзамены принимал сам владыка Никодим. Впоследствии Иван был некоторое время келейником митрополита Никодима и всегда благоговел перед памятью своего наставника: "Это был великий человек, великий авва святой жизни... Прогуливаясь по Невскому, он любил читать акафисты Спасителю, или Божьей Матери, или святителю Николаю, которые знал наизусть... Владыка в то страшное время гонений, когда закрывались храмы, монастыри, нес ответственное послушание: свидетельствовать миру о страданиях Русской Православной Церкви, и этим как-то ослабить волну репрессий. Я лично знаю, видел, как он тяготился, изнемогал под тяжестью этого креста, но нёс свой крест до конца..."

Любимым местом Ивана в семинарии и академии была библиотека. Даже лежа на смертном одре, старец поучал: "Не будьте бесчувственными, стремитесь к знаниям и будете всегда полезны и интересны. Всегда стремлюсь к познаниям, самообразование - это постоянная цель моей жизни. Когда ещё глаза хорошо видели, постоянно читал. Когда стал плохо видеть, скорбел, но Бог сотворил чудо, и я уже лучше вижу. Правило уже сам вычитываю: в 4 часа утра, когда этот безумный мир спит, как хорошо молиться..."

Обучаясь еще в академии, юноша начинает писать кандидатскую работу по кафедре истории русской церкви: "Валаамский монастырь и его церковно-историческое значение".

В 1975 году он закончил академию со степенью кандидата богословских наук.

3 июня 1975 года он был пострижен в монашество с именем Савватий митрополитом Никодимом. При наречении имени, после слов "постригает брат наш Савватий власы главы своея", обращаясь к молодому послушнику, митрополит Никодим произнес следующие слова: "А умрешь Зосимой", - провидя в нем особый дар молитвы. Через шесть дней после этого события владыка рукоположил новопостриженого в сан иеромонаха. При совершении таинства священства митрополит пожаловал молодого иеромонаха золотым крестом.

После окончания академии иеромонах Савватий по распределению был направлен в Одесскую епархию, где высокопреосвященнейшим Сергием был направлен в Свято-Успенский монастырь.

Здесь его определили в келию, где жил до своей праведной кончины схиигумен Кукша. Как знак преемственности благодати старчества молодому иеромонаху досталась в наследство схимническая риза праведника, к которой иеромонах Савватий всегда, задолго до прославления о. Кукши в лике святых, относился как к великой святыне.

Монастырским послушанием иеромонаха Савватия была пасека и садовое хозяйство. Можно предположить, что начало его монашеского пути, было отмечено крестом скорбей - печатью особого избранничества Божьего. Позже, постригая в монашество, старец обычно предупреждал: "А теперь ждите: будут скорби, болезни, клевета. Побеждайте все козни врага терпением и смирением".

В это время обостряется тяжёлая болезнь его матери - астма. В связи с этими обстоятельствами он пишет прошение о переводе в Ворошиловградско-Донецкую епархию. 25 декабря 1975 года иеромонах Савватий был зачислен в клир Донецкой епархии и определён на место настоятеля в храм св. Александра Невского посёлка Александровка Марьинского района.

В Александровке он прослужил 10 лет. Полуразрушенная сельская церковь стала первым предметом его забот: сначала он построил паломническую трапезную, потом сделал внешний и внутренний ремонт храма, обновил иконостас, обустроил церковный дворик... И через несколько лет его трудов храм св. Александра Невского засверкал в своём прежнем благолепии.

Из воспоминаний духовных чад старца: "Службы у него всегда были длинные, монастырские, но молился он пламенно".

Кто однажды побывал у него на службе, вновь и вновь жаждал припасть к этому живительному источнику.

В перерыве между службами о. Савватий исполнял различные требы: крещение, венчание, отпевание, освящение. Примечательно то, что денег за требы он не брал, а говорил так: "Пусть сто человек не заплатят, зато Господь пошлёт одного, который всё покроет".

Уже тогда Господь дал своему избраннику за чистоту жизни дар знания сердец человеческих, он видел помыслы их.

Из воспоминаний Ивана (Трубицына) - будущего схиигумена Лазаря: "Приехал в Александровку - уже темнеет... А тут и о. Савватий выходит на крылечко, на меня смотрит и говорит:

- Дедушка (а Ивану Гавриловичу было уже за 60) по базару прошлялся, по автобусам проехался, а какая сегодня была лития... Ну, что тебя привело?

- У меня сын в Афганистане ...

- Они там как на Голгофе, - говорит.

- Может, он уже и не живой - три месяца известий нету?

- Живой, живой... Приедешь до дому, получишь известие...

Когда я приехал домой, мы получили от сына письмо, что его перевели в другую часть..."

Старец своим духовным взглядом прозревал не только помыслы человеческих сердец, но и обстоятельства жизни тех, кто к нему обращался за молитвенной помощью и духовной поддержкой.

О силе же его молитвы красноречивее всего свидетельствует тот факт, что он часто одним своим словом исцелял одержимых нечистыми духами.

 "Во время службы в храм зашла женщина, - вспоминает схиигумен Лазарь, - и вдруг начинает кричать, лаять. Гляжу: Савватий выходит из алтаря и говорит:

- Бес, что ты мне мешаешь служить? Я Богу служу, замолчи сейчас же!..

Женщина успокоилась и тихо простояла всю службу около стеночки.

Через некоторое время встречаю эту женщину, я же её знаю:

- Ну, как, бес мучает?

Нет, - говорит она, - ушёл. Отец Савватий его выгнал..."

Подобные случаи, когда тяжёлая духовная болезнь проходила от одного слова подвижника, можно найти разве что в житиях святых.

Полинявший полушубок и полинявший подрясник - неизменные атрибуты его старческого служения - свидетели его крайнего нестяжания... В них он встречал самых важных гостей и в Никольском.

 "Я монах, мне ничего не надо", - подчёркивал старец. И в то же время - какой у него был изысканный вкус, когда речь заходила о благоустройстве, украшении храма. На церковное благолепие он был готов отдать последнюю копейку.

Труды о. Савватия по благоустройству прихода были достойно оценены епархиальным начальством: в 1977 году Батюшка награждён наперсным крестом, в 1980-м возведён в сан игумена, в 1983-м награждён орденом преп. Сергия Радонежского, в 1984-м - палицей.

Последние два года служения в Александровке о. Савватия часто забирали в сельсовет, вели разъяснительную работу " кулаками", разували и заставляли босиком стоять на цементном полу...

Позже он оказался в тюрьме, где после избиения мученика за веру подвергли утончённой пытке: его поместили на трое суток в "музыкальную шкатулку".

 "Музыкальная шкатулка" - это тёмная без окон камера, оббитая резиной. Тихая музыка угнетающего характера настолько действовали на психику, что уже через сутки жертвы не выдерживали и бросались на оббитые резиной стены.

Из воспоминаний старца: "Если бы не Иисусова молитва, я сошёл бы с ума".

Все изощрённые методы идеологической работы оказались бессильными, но на всю его последующую жизнь у него остались следы этих истязаний за веру: обострилось рожистое воспаление ног, и открылись глубокие раны; болели отбитые лёгкие, над спиной возвысился горб.

По слову св. Иоанна Златоуста, как воины, претерпевшие на войне за царя какие-либо лишения, имеют великое дерзновение перед ним, так и пострадавшие за Христа, указывая на свои раны, могут обо всем умолить Небесного Владыку.

Истязания только усилили "пламень eго молитвы и дерзновение его веры".

Власть имущие выбрали иную тактику борьбы с о. Савватием. Его начали переводить с прихода на приход: в 1985 г. - настоятель храма в с. Андреевка около г. Курахово, затем после Пасхи, его перевели в Макеевку, в 1986 году - в пос. Андреевка около г. Снежное, настоятелей Покровского храма...

22 ноября 1989 года о. Савватий был определён настоятелем Свято-Васильевского храма села Никольское Волновахского района.

 "Они решили загнать его в такое место, - вспоминает схимонахиня Фамаида, - куда транспорт не ходит... Храм заброшенный, полуразрушенный, иконостаса нету вместо него фанерная доска - страшно было зайти...

Около храма горелый деревянный сарай дом священника, окна вросли в землю, внутри - мыши и крысы..."

Но было среди этого ужасающего запустения нечто такое, что вселяло надежду. После революции в Никольском жили монахини - изгнанники из Крымских пастырей, они свято хранили Никольские предания, давая их преемникам как завещание: здесь до революции было явление Божьей Матери. На месте явления заструились воды цельбоносного источника. Местные жители и крестьяне окрестных сел еще многие годы даже после революции совершали здесь молебны и крестные ходы: особенно в день празднования Богородичной иконы Курской-Коренной, когда и освятила Приснодева это место. И как не пытались богоборцы засыпать святой источник, стереть память о нем, но благодатные воды вновь и вновь пробивали цемент...

Как только начала восстанавливаться приходская жизнь о. Савватий был срочно вызван в Москву патриархом Пименом, который решил назначить Никольского игумена предстоятелем РПЦ в Японии. Старец отказался от предложения, вспомнив завет своего духовного отца, но святейший был непреклонен, и все документы были оформлены на о. Савватия, как на нового предстоятеля РПЦ в Японии. На следующий день старец серьёзно заболел, и патриарх был вынужден направить в Японию другого иерарха.

1990 году о. Савватий возводится в сан архимандрита, а в 1992 он принимает великую схиму...

Здесь, в Никольском, его старческое служение воссияло на всю Святую Русь, на весь православный мир - от Афона до Иерусалима, от Санкт-Петербурга до Сибири было известно имя схиархимандрита Зосимы.

Радостные и просветлённые выходили люди от схимника. "Батюшка лечит", - говорили благодарные посетители. Перед его молитвой отступали смертельные и неизлечимые болезни.

У духовной дочери старца Валентины обнаружили рак молочной железы, сделали операцию, но состояние ухудшалось: она уже едва могла передвигаться.

По молитвам старца, женщина получила полное исцеление.

Монахиню Синклитикию готовили к операции: рак почки. Шансов на успех было мало. Старец благословил отказаться от операции приезжать в обитель. Монахиня начала трудится в монастыре, исполнять различные послушания - болезнь отступила.

Перед силой молитвы праведника отступали и врождённые патологии у младенцев, которые даже теоретически не поддаются лечению.

Многим старец Зосима помогал и материально, но особое место в его Евангельской доброделании занимала Богадельня или Дом Милосердия, где нашли приют люди преклонного возраста.

По его благословению, при его участии и помощи построено на Донбассе около десятка храмов; наиболее известные: Иоанна Воина, Иверской иконы Божией Матери, Александра Невского, святителя Луки Крымского, Агапита Печерского, Благоразумного Разбойника и др.

В 1998 году схиархимандрит Зосима попадает в реанимацию с острой почечной недостаточностью, старец умирал. В этом тяжёлом состоянии он пережил то, что принято называть "клинической смертью". Но Господу было угодно, чтобы он воздвиг небесную обитель на земле... В это время его многочисленные духовные чада со слезами взывали к Господу и Божьей Матери, вымаливая своего духовного Отца.

 "После возвращения из потустороннего мира" он принялся за строительство монастыря. Он сам неусыпно руководил всем фронтом строительных работ, объезжая с молитвой на своей инвалидной колясочке монастырские владения и давая необходимые указания.

Незадолго до своей блаженной кончины старец стал основателем двух монастырей - мужского и женского в селе Никольском... Ему удалось зажечь свечу монашеской жизни, воспитать монахов не по имени, а по духу... Те монахи, которых он постригал - были не просто его учениками, им он передал, тот светлый огонёк, которым горело его сердце. Этот огонёк проявляется, в первую очередь, во всех монастырских службах, чудных по своей красоте, во всём строе монастырской жизни.

Основатель Успенской Свято-Васильевской и Успенской Свято-Николаевской обителей в Донецкой епархии отошёл к Господу 29 августа 2002 года. Дату кончины ему Господь открыл заблаговременно. В последние дни старец раздавал множество указаний братьям и сестрам обителей, оставил и письменное завещание.

Приведём лишь несколько строк из духовного завещания старца Зосимы:

- Аз, грешный схиархимандрит Зосима, оставляю последнюю свою волю: и по смерти моей свято и вечно, до последнего издыхания, храните все завещания, те священные традиции, ту особенность служб, записанных братьями и сестрами в Монастырском уставе, сохраняя их до малейших подробностей и не допуская никаких отступлений.

Строго держитесь Русской Православной Церкви и Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси.

В случае отхода Украины от Москвы, какая бы ни была автокефалия, беззаконная или "законная", автоматически прерывается связь с Митрополитом Киевским...

Отходя в жизнь вечную, последнее слово глаголю вам, дорогие братья, сестры и все молящиеся в обители нашей: держитесь Русской Православной Церкви: в ней спасение...

Какое ни случится искушение, кайтесь и исправляйтесь...

Из гроба посылаю Божие благословение и даю всем целование, прошу ваших святых молитв, и Божия благодать не отступит от вас...

Спасайтесь о Господе!

 

Основатель Успенской Свято-Васильевской и Успенской Свято-Николаевской обителей убогий схиархимандрит Зосима.

Подаю из гроба, бездыханный и безгласный, Мир, Любовь и Благословение Божие.

 

 

Протоиерей Димитрий Песков

 

 

Протоиерей Димитрий Песков был известен не только на Донбассе.

К  его  духовному окормлению прибегали люди со всего бывшего Советского Союза.        

Вспоминает дочь подвижника благочестия, Надежда Дмитриевна Пескова:

«Когда его мама в положении ходила, то в близлежащий Моденский мужской монастырь на реке Мологе приезжал отец Иоанн Кронштадтский... К нему приезжали отовсюду, выстраивались в очередь под благословение. И когда бабушка подошла к отцу Иоанну, то он сказал ей: «Подожди, раба Божия». Благословил ее огромной просфорой и говорит: «А у тебя родится великий молитвенник». И родилась двойня. Девочка умерла сразу, при родах, а мой папа остался. Мама же его умерла, когда ему год был. Отец утонул еще до его рождения. Он сопровождал баржу, поскользнулся, упал и ушел под лед.

Папа рос без родителей, воспитывался у старшей сестры, которая была замужем... Жили тогда бедно, овсяные блины ели, да еще и без масла. Свекровь сестры печет блины на воде, а мой папа под столом сидит. Ему тогда три или четыре года было. И когда сын выйдет, она ему даст блин и причитает: «Бедна ты, сиротинушка». Плачет. А потом в шесть лет его отвезли на послушание в монастырь. И вот там он попал к одному отставному генералу, который овдовел и ушел в монастырь. Его племянница, Александра Павловна Кедрова, учила моего папу. Она дала ему образование на уровне лицеиста. Хотя он везде писал, что у него начальное, но дай Бог каждому из нас иметь такое образование. Отец Димитрий был и грамотный, и красноречивый.

Папа жил вместе с генералом, но тем не менее нес разные монастырские послушания. Например, пел на клиросе — у него чудесный был голос. У генерала была огромнейшая библиотека, которую папа всю перечитал. Его можно было назвать «ходячей энциклопедией»... Когда мы приехали в Донецк и к нам кэгэбисты приходили ночами, то они все ценные книги у отца Димитрия перетаскали. Навяжут связку и уносят, и попробуй что-то сказать. У нас ничего ценного не было, только сундук с книгами. И отец Димитрий плакал об этих книгах. О книгах он плакал, а больше ни о чем. Для него, что алюминиевая ложка была, что золотая — одинаково было. Материальное для него ценности не представляло.

Так вот, папа, когда в монастыре жил, из храма придет, возьмет у своего наставника книги и читает. А что не дочитает, то берет на клирос — там читать...

И когда Батюшка ослеп, то говорил, что лучше бы у него руки не было, ноги не было, чем глаз...

Моденский монастырь закрыли, когда отцу было девятнадцать лет. Кто мог, тот сам ушел, а кто был старенький, тех сгрузили на телегу, увезли и расстреляли. Если бы обитель не закрыли, то отец бы там и остался. Тогда у него ни документов не было, ничего. Но документы ему тайно сделали, и он поехал в Питер. Там поступил на фабрику. А потом, в начале тридцатых годов, голодное время было, и он вместе с тремя друзьями ходил по полю, мороженую брюкву собирал. И один из них, сын священника, говорит: «Я поеду на Украину, иначе мы здесь умрем». Уехал, устроился там и написал своим друзьям, чтобы приезжали, так как там хоть хлеб свободно был. Они приехали и устроились на стекольный завод города Лисичанска Ворошиловградской области, теперь Луганской. Там папа и познакомился с отцом Иоанном Рудюком, который там же работал, потому что храмы были закрыты...

Тогда такие времена были, что никто никому не доверял, все боялись. А папа чувствовал, православный человек или нет. Они под Пасху работали вместе и, когда настал первый час ночи, то папа увидел, что отец Иоанн пошел в уборную, он тогда тоже за ним. И говорит: «Христос воскресе!» А тот посмотрел на него: «Воистину воскресе!» Вот так они похристосовались на заводе, чтоб никто не видел и не знал...

Времена тогда очень тяжелые были. Постоянно вызывали в КГБ и агитировали, склоняли к тому, чтобы доносили друг на друга, Многие священники не выдерживали и в заштат уходили, потому что предать для них было хуже смерти. Уходили в заштат и жили потом в нищете. Я помню, у нас за рекой священник был. Мизерную пенсию получал, в страшной нищете жил, и папа помогал ему. Хотя времена тогда были — сорок шестой — сорок седьмой год — это фактически голод был. И в один прекрасный момент вызвал и моего папу какой-то начальник из КГБ: «Отец Димитрий, я за Вами давно наблюдаю. И я вижу, что Вы очень порядочный человек. Мой Вам совет: как можно быстрее уезжайте. Я Вас предупредил, но взамен Вы должны меня повенчать». После этого разговора папа всю ночь молился и думал: «Или заберут меня, или действительней он хочет венчаться». Под каким-то предлогом взял у старост ключи от храма. Они договорились о встрече с начальником на четыре часа утра. Свет не включали, только свечи зажгли. И отец Димитрий их повенчал. После венчания тот человек ему повторил: «Уезжайте». А уехать тогда было не так просто. Пошел папа к Владыке Никону и все ему откровенно рассказал. Однако Владыка тоже не мог его просто так перевести, но он был очень мудрый человек и придумал такой способ. Был праздник какой-то, служил Владыка, а при нем много священства, среди них — и отец Димитрий. И Владыка назначил папу проповедовать после Евангелия. А папа очень красноречивый был. Вышел он, сказал проповедь такую, что весь храм плакал. Возвращается в алтарь, а Владыка при всех: «Что, отец Димитрий, два архиерея в одном городе не могут служить». Сделал вид, что считает отца Димитрия своим конкурентом и из зависти переводит его в другой город.

— Какой у отца Димитрия был распорядок дня?

— Вставал он в четыре часа утра. Это у него был закон. И я помню, даже когда он уже не служил, ушел в заштат, все равно вставал в четыре. И вот он ходил так тихонечко и говорил: «A лучше бы и вы пораньше встали». Не ругался, не заставлял вставать, а ласково так поднимал. И вообще никогда нас ни по какому поводу не ругал, а все так ласково рассказывал, объяснял. Любили вокруг него собираться. Бывало, поедем в гости, все за столом сидят, кушают, а он сидит рассказывает-рассказывает, а сам не ест. Только чайку выпьет.

Вычитывал правило — молитвы утренние, акафист святителю Николаю, который знал напамять. Если служил, то шел в храм. А после службы — то погребение, то крещение, то молебен, то заказной акафист. Бывало, только в четыре вечера первый раз за стол садился, чайку попить. Никогда не говорил: «Пусть подождут». А говорил: «Покойник ждать не будет». Или если, например, крещение, то: «Люди ждать не будут». Был безотказный во всем и очень добрый. Но если начинали ересь какую-то говорить, то он становился строгим.

Дома он практически не бывал, ему не давали покоя. У него с утра и до вечера люди были. Редкий день был, когда у нас никого не было. К нему приезжали со всего Союза. Он всех принимал, с каждым был ласков, внимателен, никогда не отпускал человека без угощения. От него уходить не хотели. Он, конечно, очень уставал от людей, но виду не подавал и никогда не жаловался. Бывало, приду, а у него посетители. Я благословение возьму, он мне: «Ты пришла? Ну, я скоро освобожусь». И час, и два, а у меня дети маленькие были, захожу к нему: «Ты уже уходишь?» — спрашивает. Вот так я с ним виделась. А так — люди, люди и люди. Кроме того, у него такая переписка была. Со всего Союза ему писали: и из Крыма, и из Урала, и из Москвы, и из Питера. А если никого не было, то он сразу брал тряпочку, ведерочко с чистой водичкой и начинал все перетирать. Очень был аккуратный...

В основном, читал духовную литературу, хотя любил и классику. Из святых отцов он отца Иоанна Кронштадтского очень любил, много читал, много знал о нем. Жития святых у нас читались, как закон, каждый день. Он и стихи любил, петь любил. Часто мы собирались и пели псальмы, песни духовные...

Духовником папы был отец Василий Белышев. Он был старше лет на десять моего отца, из дворянского рода. В тюрьме сидел, но не потерял ни обаяния, ни юмора. В 24 года он овдовел, его жена скоропостижно умерла. Остался у него сын, он его сам воспитал. Внук у него был, потом и его воспитывал. Перед его смертью был такой случай. Погода на улице ужасная, и вдруг он приезжает к нам поздно вечером. «Отец Василий, что ж такое, что Вы к нам в такую погоду?» А он: «Я приехал к вам попрощаться». И они посидели, поплакали вместе, попрощались. Родители ему: «Останьтесь, утром поедете, куда же Вы в ночь?» «Нет, нет, я поеду умирать домой». Уехал домой и умер. Так что он нас последних посетил. Они с отцом были по духу одинаковые. На станции Рои отец Василий служил. Там и похоронен. Святой человек был.

Из того, что помню, могу сказать, во-первых, что он был очень добрый. Никогда не повышал голос. Единственное — в храме мог строго сказать, если прихожане начинали шуметь: «Мои дорогие, идет служба. Кому-то некогда, хочется поговорить — выйдите во двор». В храме поэтому всегда стояла тишина, хождения никакого не было. А так он со всеми был ласков, и к нему тянулись.

Во-вторых, отец Димитрий не любил показухи. Так как сам он был очень бедный, сирота, то очень много помогал многодетным матерям. Но помогал тайно, так, чтобы никто этого не знал. Давал и деньги, и продукты так, что и моя мама не знала. И когда он умер, то очень много людей приходили и говорили: «Ты ж нам детей на ноги поставил». Дом у нас невзрачный был, саманный. И когда умер, то у него ни рубля не было, как говорится, за душою, ни копеечки. Он все-все раздавал.

Или, например, такой случай был. Идет причащать домой. Приходит, а там лежат две сестры беспомощные (это в Авдеевке было). Даже печку некому затопить. Он зовет: «Так, Галина (это его помощница была, которая везде с ним ходила), узнай, кто на этой улице живет». Галина узнает, он тогда к этим людям приходит и спрашивает: «А вы знаете, что тут больные сестры лежат?» Ему отвечают: «Да, знаем». «Пожалуйста, зайдите, помогите. У них холодно, они грязные. Они не могут уже за собой поухаживать. Помогите».

Еще помню, что он ко всем с уважением относился. Всегда всех по имени-отчеству называл. Бывало, когда я училась в школе и приходили ко мне подружки, то он даже их по имени-отчеству называл и на «вы» к ним обращался. — Вашего отца многие почитали как старца. Скажите, пожалуйста, помните ли Вы какие-либо случаи из его жизни, которые показывают эту сторону его служения? — Больше всего на свете он боялся всех этих слов: «старец», «прозорливый». Как я уже говорила, он никакой показухи не любил. Кроме того, он был такой человек, что никогда никому не навязывал ничего. Но если он что-то сказал или говорит, что он бы лучше поступил вот так, то попробуй сделать иначе, чем он сказал, — все равно не получится. Все выйдет так, как он сказал. И никогда не говорил: «Я сказал, вот делай так или вот так». Он никогда ни на кого не повышал голос. Он всегда говорил: «мои дорогие, мои родные». Он всегда был ласков и нежен со всеми одинаково. Помню, в последний день были у него три женщины, и он говорит: «Летите, мои голубки, мы с вами уже прощаемся, больше мы с вами не увидимся». Каждой дал он по конфетке, провел. А потом, когда они ушли, он говорит: «Вы уберите доски, — а у нас ремонт шел, и во дворе доски лежали, — потому что через три дня здесь будет очень много людей. А если не успеете, накройте их». Мы их тогда убрали, и через три дня его выносили из квартиры. Или такой случай: за неделю до его смерти пришел к нему Владимир, на шахте работал, очень его любил. Отец Димитрий с ним побеседовал, а потом говорит: «Владимир, на тебе платок носовой». «Батюшка, а зачем мне носовой платок? У меня есть». А он отвечает: «Будешь плакать и слезы проливать». И когда папа умер, мы на шахту обратились, где, как знали, Владимир работает, а он в отпуск ушел. И когда он после узнал, то пришел и говорит: «Вот для чего Батюшка платок мне дал». Он так рыдал, навзрыд плакал.

Я не могу сказать, что он был прозорливый. Он этого слова боялся, никогда себя не считал таковым, но бывало такое, что он чувствовал, с чем к нему люди приходили. Например, был такой случай. Вышел он один раз к церковной калитке. И стоит, ждет. Идет пара, а он им говорит: «А я давно вас жду». Они опешили. Он у них спрашивает: «А что вы хотели?» «Батюшка, мы хотели повенчаться». «А почему вы сюда приехали, вы же на Рутченково живете». Они: «Да». «Ну, вот там есть церковь. Вот туда идите. Вас кто послал сюда?» Они и примолкли...

А был еще такой случай. Была у нас прихожанка Ольга, ей было уже где-то тридцать два года. Приходит она к папе, плачет и говорит: «Батюшка, мне поставили диагноз — «рак», но сказали, что оперировать уже поздно». Он ей сразу ничего не сказал, только: «Ну что, Ольга, давай помолимся». Он молился, молился. Потом через какое-то время она опять приходит, а он ей: «Ольга, никакого рака у тебя нет. Ты будешь жить долго». И уже сейчас восьмой десяток ей идет. А когда она пошла опять в больницу, то врачи сказали, что, как это ни удивительно, но она здорова.

А один батюшка начал храм строить. Приехал и говорит: «Отец Димитрий, благословите мне построить храм». Он: «А что?» «Да вот, участок выделили. Ни денег, ничего». «Да, тяжко Вам будет. Приходите в следующий раз». Он приходит в следующий раз. Отец Димитрий говорит: «Так, начинайте с Божьей помощью строить, но только быстро-быстро-быстро». «Так, отец Димитрий, денег же нет». «Вот пойдите на шахту, пойдите на завод». И он как пошел на одну шахту — ему пожалуйста, пошел на другую — ему пожалуйста. На трубный завод пошел — ему пожалуйста. Пошел в исполком. А ему говорят: «А чего Вы написали десять тысяч, пишите двадцать, а мы Вам выделим, допустим, десять. Потому что, если Вы написали десять тысяч, мы только можем пять тысяч дать. А чего Вы не обратились к нам сразу? Мы бы Вам в центре выделили участок под храм». И вот, только он иконостас заказал в России — и привезли ему иконостас. Только он расплатился — и сразу девяносто первый год, и все деньги поменяли. Храм построил за два года. Он ему тоже тайно помогал.

Или еще случай. Приходят к нему из Новотроицка Ольга. «Батюшка, так плохо себя чувствую. Скоро умирать уже буду». «Ой, Ольга, а сколько ж Вам лет?» «Да седьмой десяток». «Ольга, до девяноста будешь жить». И, действительно, в девяносто лет она умерла. Три года тому назад умерла тоже одна из наших прихожанок, Ольга Федоровна. Она была очень худой и переживала по этому поводу. Все говорила: «Батюшка, я на курорты езжу и все равно не поправляюсь?» «Ой, Ольга Федоровна, — а он ее любил — не переживай, умрешь в восемьдесят пять лет». И вот мы с ней были в храме преподобного Сергия Радонежского, не помню, на какой праздник. Поговорили, и я пошла в одну сторону, а она в другую. Вдруг она меня зовет: «Надежда, Надежда!» Я оборачиваюсь: «Что, Ольга Федоровна?» «А ведь я скоро умру». «Ольга Федоровна, откуда Вы такое взяли?» «А мне батя сказал, — она его так ласково всегда называла — что я в восемьдесят пять лет умру, а мне месяц назад исполнилось ровно восемьдесят пять лет». И через неделю умерла.

А один раз папа у меня был, а тут звонит моя приятельница и предлагает поехать на Рутченково на архиерейскую службу, так как приехал митрополит Сергий. И я ему говорю: «Папенька, Мария Афанасьевна зовет на Рутченково поехать». А он улыбнулся и говорит: «А я на вашем месте завтра пошел бы на Ларинку». Я говорю: «Она настаивает». Он мне: «Ну, смотри. Но я вам советую лучше завтра поехать». Вышла я, встретилась с ней. Стоим мы на троллейбусной остановке — ни троллейбуса, ни такси. Мы простояли часа полтора, смотрим, что уже опоздали. Тогда моя подруга говорит: «Прав был батюшка. Давай возьмем пряников и пойдем с батюшкой посидим». Мы взяли пряники, уже заходим во двор, а его машина только раз — и за угол. Я говорю: «И что мы получили? Ни с ним не пообщались, ни туда не попали». Она: «Да, я опять убеждаюсь, что как сказал батюшка, так и надо».

Подвижник благочестия отец Димитрий Песков. Официальный сайт Свято-Михайловского храма города Авдеевки. http://arh-mihail.church.ua/podvizhnik-blagochestiya-o-dimitrij-peskov/

 

 

  Блаженная Алипия

(1910-1988)

                                              (Агапия Тихоновна Авдеева)  

 

Родилась блаженная Алипия предположительно в 1910 году в Пензенской области в благочестивой семье Тихона и Вассы Авдеевых. Блаженная старица рассказывала, что отец был строгий, а мама очень добрая, большая труженица и очень аккуратная. Бывало, положит в передничек всяких угощений и велит ей разнести бедным в их селе, особенно много гостинцев раздавала мама в праздники. Когда пришло время учиться, Агапию отдали в школу. Живая, быстрая, сообразительная она не могла удержаться и всем подсказывала. Девочку перевели в другой класс, и среди детей старше её на год Агапия отличалась умом и сообразительностью. В 1918 году родителей Агапии расстреляли. Всю ночь восьмилетняя девочка сама читала Псалтырь по умершим. Некоторое время Агапия жила у дяди, проучившись в школе только два года, отправилась «странствовать» по святым местам...

В годы безверия - 10 лет провела в тюрьме, несмотря на тяжёлые условия содержания, старалась соблюдать пост, непрестанно молилась.

Из воспоминаний Марии:

- Много пережила Матушка в период гонений на православных: её арестовали и

 посадили в общую камеру... В тюрьме, где она содержалась, было много священников. Каждую ночь 5—6 человек уводили безвозвратно. Наконец, в камере осталось только трое: один священник, его сын и Матушка. Священник сказал сыну: «Давай отслужим по себе панихиду, сегодня нас к рассвету заберут»... А Матушке сказал: « А ты сегодня выйдешь отсюда живая». Отслужили панихиду, отпели себя отец и сын и ночью их увели навсегда. Матушка осталась одна: в камере неслышно отворилась дверь, вошел Апостол Петр и через черный ход вывел Матушку к морю. Шла она без пищи и воды 11 суток. Лезла по отвесным скалам, обрывалась, падала, поднималась, снова ползла, раздирая до костей локти. Но Господь сохранил ее. На руках у нее остались глубокие шрамы, которые она мне показывала. Возможно, тогда Матушка посетила Великого иерусалимского старца иеросхимонаха Феодосия, который жил под Новороссийском в поселке Горный (бывшая станица Крымская). Об этом сама Матушка сказала «Я у Феодосия был, я Феодосия видел, я Феодосия знаю». Возможно, что старец благословил Матушку на великий подвиг юродства...

Старица часто вспоминала о своём чудесном избавлении, чтила день памяти

 Апостолов Петра и Павла, часто молилась у иконы Апостолов...

Во время войны Агапия попала на принудительные работы в Германию...

Из воспоминаний Марфы:

- Рассказала мне Матушка, что когда она была на работах в Германии, то по ночам читала Псалтирь за женщин, у которых дома остались дети или больные старики и выводила их за колючую проволоку и они благополучно уходили домой. Ушла и сама Матушка еще до окончания войны, перебралась через линию фронта и пешком пошла в Киев... Однажды нагнали ее на дороге несколько человек мужчин... Стала усердно молить Матерь Божию защитить ее. Невдалеке увидела стог соломы и побежала к нему, чтобы укрыться от бандитов... Добежала до стога, спиной к нему прижалась, и Матерь Божию со слезами и просила не оставлять ее.

Бандиты вокруг стога бегали, ругались: «Да где же она делась, ей же и укрыться негде!» Постояли и ушли, а Матушка посмотрела на себя и увидела, что она вся светлая, вся одежда на ней белая, руки белые... Матерь Божия защитила, скрыла от бандитов, небесным светом одела, потому они ее и не увидели.

Матушка была грамотная, хорошо читала и писала, всю Псалтирь знала на память.

Спросила меня как-то: «Ты, какого года рождения?»

— 1916 — ответила я.

— А я на 6 лет тебя старше.

По промыслу Божиему Христа ради юродивая Агапия была принята в Киево-Печерскую Лавру, где прожила до самого её закрытия. Архимандрит Кронид при постриге в монашество дал Агапии новое имя – Алипия, благословил на подвиг столпничества. Три года подвижница провела в дупле старого дерева.

«Когда было очень холодно, я заходил в коридор к монахам погреться. Иной пройдет, даст хлеба, а другой прогонит... Но я на них не обижался», — вспоминала впоследствии блаженная старица.

Добровольно неся крест юродства Христа ради, покорно принимая унижения и оскорбления, мужественно перенося лишения, подвижница стяжала смирение и кротость, за это и удостоилась великих даров от Господа: прозорливости и дара исцеления по молитве.

Из воспоминаний Инны Александровны:

- Мы с мамой вернулись из эвакуации в Киев. Это было в 1947 году, и стали ходить к отцу Дамиану в Киево-Печерскую Лавру за советами, наставлениями... Тогда же мама мне указала на худенькую, стройную женщину, аккуратно причесанную... Мама сказала, что ее зовут Липа, живет она в овраге за лаврской оградой прямо под открытым небом, проводит ночи без сна в непрестанной молитве... У Липы был необыкновенно глубокий, чистый, теплый, ласковый, любящий взгляд светло-серых очей... Духовным отцом Липы был наместник Лавры архимандрит Кронид. По воспоминаниям самой матушки Алипии: когда заканчивалось служба в церкви, он подходил к ней, давал сухарей и говорил: «Ну что, нагрелась, ешь и иди спасайся». Она, послушная своему духовному отцу, покорно удалялась к большому дереву, забиралась в дупло, в котором можно было, только полусогнувшись стоять. Когда же зимой снег заметал так, что из дупла нельзя было выбраться и она не шла в церковь, отец Кронид сам пробирался к ней, приносил в мантии сухарей, окликал: «Ты не замерзла?» Оставлял приношение и свое неизменное слово «спасайся» и уходил в Лавру, оставляя подвижницу на попечение длительной, зимней ночи. Жутко было в глубоком овраге, под самое дупло приходили и выли голодные, бродячие собаки, мороз сковывал полусогнутое неподвижное тело. И только непрестанная Иисусова молитва утешала, укрепляла и согревала.

Так продолжалось до 1954 года, когда скончался духовный отец и наставник Липы архимандрит Кронид...

Она всех любила, жалела, ни на кого не обижалась, хотя ее многие обижали своим непониманием того тяжкого креста, который она взяла на свои хрупкие плечи.

В простой, скромной одежде, она была всегда аккуратной, чистой... Для меня до сих пор остается загадкой: как Липе удавалось сохранять свою внешнюю чистоту, красоту и привлекательность, не имея крыши над головой... Три года проводя ночи в дупле большого дерева, не имея пищи, она никогда не роптала, не просила милостыни, питаясь тем, что люди сами ей давали...

Увидел ее и отец Дамиан: «Ну что ты тут сидишь под ступеньками, тебе же холодно, иди спи под дверью отца Андрея»... Оба старца жили в одном коридоре и двери их келий никогда не закрывались от посетителей... Отец Андрей принимал всех: отчитывал бесноватых, исцелял больных, помогал нищим, всех кормил с Лаврской трапезы... Вот к этому-то порогу и послал отец Дамиан осиротевшее чадо отца Кронида...

Спустя много лет я поняла смысл этого благословения: Липа уже должна была приблизиться к порогу чудодейственного старца. Все было еще впереди: оживление умершего от угара ребенка, исцеление от смертельных болезней, изгнание бесов, необычайная прозорливость, действие благодати Святого Духа такое, что силы природы повиновались ей, безграничная, всеобъемлющая любовь к людям и добрым, и злым, бескорыстная щедрость...

Что еще я заметила, — отец Дамиан очень тепло и заботливо относился к Липе, разговаривал с ней как равный с равной, как со своей сотрудницей, видимо, провидел в ней угодницу Божию и свою последовательницу.

Шло время, умножались грехи людские, над Лаврой сгущались черные тучи: поползли слухи о ее закрытии. Странным стало поведение Липы, — она воздевала к небу руки, громко кричала на своем мордовском языке, падала на колени и плакала... (Скорбела матушка, предвидя скорое закрытие святыни)

Гроза разразилась в марте 1961 года: ярко засиявшая звезда великой святыни закатилась сразу. Умолкли колокола. Замолчал дивный хор монахов, не слышалось больше молитв в церквах, закрылись двери келий, опустели коридоры, погасли лампады. Старцы расходились — одни в вечность, другие гонимые властями...

После закрытия Киево-Печерской Лавры блаженная Алипия поселяется в маленьком домике около Голосеевской пустыни. Местные жители, знавшие о чудесах исцеления по молитвам праведницы, нескончаемым потоком шли к ней за молитвенной помощью, советом, исцелением.

Из воспоминаний Марфы:

- Очень строго матушка Алипия соблюдала посты — Первую и Страстную неделю Великого поста, среду и пятницу каждой недели она ничего не ела. Спать не ложилась, всю ночь молилась. На шее на шнурке носила большую связку ключей — своеобразные вериги.

Интересна их история: рассказывала, что во время войны, находясь в немецком лагере, работала на каком-то заводе, говорила: «Подойду ночью к сетке, разрежу ее и всех выпушу, все уйдут и живы, останутся и никто не знал, где они девались». И за каждого спасенного ею человека на шее прибавлялся ключик маленький и большой, беленький и желтый. Эту тяжелую связку матушка носила на шее до самой своей смерти. Тонкий, крепкий шнурок впивался в тело, оставляя глубокий синий рубец.

Со всех сторон великой нашей Родины ехали люди к этому хрупкому благодатному светильнику: архимандриты и настоятели монастырей, монахи и мирские, высокие начальники и простые труженики, пожилые и молодые, юные и дети, больные, скорбные и гонимые. За день, бывало, приходило к матушке по 50—60 человек. И всех матушка Алипия принимала с любовью, хотя прекрасно видела каждого, что он в себе принес: веру, любовь, любопытство или зло. Но в ее сердце умещались все, каждому она знала, что и как сказать, кого исцелить компотом или кашей, а кого мазью или вином. Своих духовных чад никого не благословляла делать операции, особенно полостные.

Говорит мне Матушка: «Завтра утром приходи, будем дрова на зиму готовить». Ночью прошел сильный дождь, было холодно, стала я собираться к матушке, надела чистую одежду, новые замшевые сапожки. Думала, что для работы найду у нее, во что переодеться и переобуться. Пришла пораньше, а Матушки дома нет, хатка и сарайчик на замке... А в лесу мокро, грязно, я в своих новых сапожках и в чистой одежде таскаю ветки, складываю у хатки... И только в 5 часов вечера идет она уставшая, несет на плечах корзину и мешок за плечами. Матушка спрашивает меня: «И ты в лес ходил?»

— Да.

— А почему твои сапожки и одежда чистые?

Глянула я на свои ноги, сапожки и одежда моя были совершенно чистые. Как будто я не ходила целый день по грязи и не носила на плечах большие мокрые ветки деревьев...

Из воспоминаний Анны К.:

- Это был неиссякаемый источник чудотворений и исцелений, которых не

 уничтожит ни жизнь, ни года, ни смерть. В согбенном, славном, чудном

 творении Божьем проявлялась неиссякаемая чудодейственная сила, изливаемая на

 всех приходящих к ней со своими горестями и недугами. Никто неутешен, не

 уходил от нее, получив к тому же и душевное исцеление.

Впервые в домик к Матушке меня привела страшная болезнь. Я ничего не могла

 кушать... Я вся высохла и почернела, на руках тогда было еще двое маленьких детей. Не

 имея силы, я все-таки с большим трудом добралась до Матушкиного домика,

постучала, сразу же мне она открыла дверь с улыбкой говоря: «О, заходи,

заходи, сейчас будешь кушать»... Помню, как проницательно посмотрела она внутрь меня... Поставила сковородку передо мной и Марией, перекрестила еду и заставила есть... Я ела с Марией. И это было первое чудо, совершенное Матушкой надо мной. Съела я все и не почувствовала, что я наелась. С тех пор стала исчезать чернота с моего лица, я стала кушать и поправилась... Мамочка пригласила приходить чаще к ней и, слава Богу, что было мне куда приходить. Идешь к великой старице больной, разбитый, еле живой, а обратно бежишь как новорожденный человек. И скорби, и беды — все уходило мимо. Поистине — дивен Бог во святых Своих!

Много раз Матушка своими молитвами предотвращала беду, нависшую надо мной и

 моей семьей... Все знают, что Мамочка лечила мазью, которую сама готовила. Перед приготовлением она много постилась и молилась. Варила мазь целую ночь и молилась по четкам. Наклонившись ко мне, сказала однажды мне на ухо: «Знаешь, мазь переедает все

 раковые клетки». Это было сказано шепотом и серьезно. Я подумала: «Значит

 это уже испытано, с мазью не пропадешь».

Как велика сила была действия не самой мази, а Матушкиной молитвы, действующей через мазь. По своей скромности она не хотела, чтобы люди возвышали ее действия в чудесных исцелениях и всю силу переносила на действие мази, а по благословению свыше, конечно, и мазь была целительной. Когда люди жаловались на какие-нибудь боли, она говорила: «Помажь мазей и

 пройдет». И проходило... Кто часто бывал у Матушки говорили, что она еще за 5 лет предсказала Чернобыль. Я была у нее за 2 недели до аварии, она смотрела на иконочки и

 говорила: «Смотри, как они блестят, какой пожар!» Но что я могла увидеть. Через две недели — авария. В этот день Матушка была одета во все черное и повторила несколько раз: «Живем болями других!»

Однажды я принесла Мамочке две иконочки Пресвятой Троицы и Святителя Николая

 Японского и говорит она: «Я его знаю, помоги, золотко, не надо, помоги ОДИННАДЦАТОГО, нет, не надо». Слезы залили лицо Мамочки. Мое предчувствие предсказало что-то нехорошее, которое ждало меня 11 числа. Она долго молилась, просила его и добавила: «Это великий святой». И потом добавила еще и число 8.11 число — зима близилась к концу, наступила оттепель, на крышах лежали огромные глыбы тяжелого льда. Муж шел на работу, вдруг, с крыши

 огромного дома срывается огромная глыба и падает перед моим мужем на расстоянии одного шага. Всего одно мгновение отделяло его от страшной гибели.

Я посетила в больнице больного отца, и уже поздно было, когда я возвращалась домой. У самого моего дома кто-то с верхнего этажа сбросил пустую бутылку, и она вдребезги разлетелась перед самым моим носом в нескольких сантиметрах —еще бы миг и трудно представить, чтобы произошло — случилось это 8 числа.

Валентина С.Е. – духовная дочь блаженной Алипии, не раз была свидетельницей чудес, явленных Господом по молитвам старицы:

- При мне пришла к Матушке женщина очень приятная на вид... Был ветреный день, сильными порывами гнуло деревья, лес гудел и стонал, раскачиваясь и кланяясь под сильными порывами ветра. Женщина спросила: «Матушка, а где мои родители?» Матушка стояла молча, устремив свой взор куда-то вверх. Порывы ветра ослабели, деревья выпрямились, и в лесу как-то сразу наступила полная тишина. Матушка продолжала стоять с взором, устремленным в небо, а я подумала: «Какая же сила в ее молитвах, если умолила Творца запретить ветру, чтобы успокоить и ободрить одну христианскую душу». Женщина поняла, где ее родители, там, где тишина и спокойствие.

Понимала матушка язык птиц, кур, котов. Сидели мы несколько человек в саду, а на деревьях и на крыше собралось много птиц. Они щебетали, свистели и чирикали. Матушка разговаривала с ними на непонятном мне мордовском языке. По поведению птиц было видно, что они понимали слова матушки. Рядом сидел, кот Охрим. Матушка по-русски обратилась к птицам: «Вот он сидит, а я не отвечаю, если ты попадешь ему в лапы, улетай». Птицы поднялись и улетели...

47 лет Матушка не ела мяса...

Сварила Матушка борщ. Пришли люди, я сидела с краю. Матушка говорит мне: «Наливай борщ». Я налила 11 тарелок. Пришли еще 4 человека, Матушка снова мне говорит: «Наливай борщ», а я про себя думала: «Хватит ли борща?» Посмотрела в чугунок, а там половина чугунка борща. Я подумала, что я не заметила, как Матушка встала и долила борщ. Налила я 4 тарелки и

думаю, если еще придут люди, то уже не хватит борща. Снова пришли люди втроем, снова Матушка ко мне обращается: «Наливай борщ». На этот раз я уже точно видела, что Матушка со своего места не вставала и борщ не доливала. Подхожу наливать, открываю казанок, а там ровно половина борща, как будто я и не наливала из него — все половина. Потом поняла, Благодатью Божией пища у Матушки умножалась.

Спросила я как-то у нее: «Как спастись?» Она ответила: «Господи, помилуй!».

Из воспоминаний монахини Ф.

- С Матушкой я познакомилась в 1981 году. Я приехала поступать во Флоровский монастырь.

21 неделю, осень и зиму матушка тяжело болела. Пищи не принимала, а только пила немного воды. После Пасхи съела немного молочной каши. До болезни Матушка кормила людей тем, что сами люди приносили. А после болезни до самой своей кончины стала сама готовить и кормить людей. При приготовлении пищи не разрешала разговаривать, чтобы не осквернять пищу. Варила ежедневно борщ и кашу. Приготовляла пищу всегда с молитвою...

Матушка могла на расстоянии слышать того, кто ее звал. Я сильно заболела и стала призывать Матушку на помощь. Собравшимся Матушка говорит: «Врач на Подоле умирает» и стала за меня молиться и молилась всю ночь. Утром мне стало легче.

Понимала она язык зверей и птиц. Приходил к ней лосенок, она его кормила. Однажды он пришел и стоит, а матушка говорит: «Голова болит, на, съешь хлеба, и перестанет болеть». Лосенок съел хлеб и ушел в лес.

По свидетельству очевидцев засушливым летом 1986 года праведница одиннадцать суток постилась и молилась, а потом поведала своим духовным чадам, что «выпросила дождь». После этого разговора, в тот же день пошёл обильный дождь.

За доброту многие любили блаженной старицы, но были и недоброжелатели, которых раздражали блаженная и её многочисленные посетители. Живший по соседству мужчина не раз грозился разрушить жилище старицы Алипии. Однажды он уговорил тракториста приехать и ковшом подцепить брёвна поддерживающие стену ветхого дома. С воздетыми к небу руками молилась старица, прося заступничества у святителя Николая и помощи. Вот что об этом событие поведала духовная дочь блаженной Алипии:

- Тракторист зацепил трос за бревно под крышей и уже начал трактором тащить, чтобы разрушить крышу. Матушка стала молиться, все присутствующие стали кричать на тракториста, увещевая его, не причинять вреда Матушке. В это время хлынул дождь, да такой сильный, что стало темно (удивительно то, что в этот день на небе не было ни облачка). Тракторист сидел в кабине трактора, пережидая дождь. Но дождь не прекращался. Так ничего, не разрушив, тракторист и уехал. А домик остался стоять невредимым. Потом люди общими усилиями отремонтировали, что от ветхости разрушилось, и Матушка продолжала жить в своей келейке. «Пока я живой, дом не разрушат, преподобные Печерские не допустят, а после смерти снесут, и ничего не останется» — говорила Матушка (так и случилось).

Всех, кто знал Матушку, она поражала даром исцелений, действенной силой молитвы и явной прозорливостью... Я страдала сильными головными болями. Матушка дала мне выпить компоту и сказала: «После Вознесения пройдет». Так и было. После Вознесения я перестала страдать головными болями... Отец страдал каменно-почечной болезнью, лежал в больнице, ему хотели делать операцию, но он не согласился и ушел из больницы. Когда мы с отцом пришли к Матушке, она увидела его, и сказала: «Молодец, что ушел, а то зарезали бы». Дала ему выпить компоту, и боли у него прекратились...

Протоиерей Виталий Медведь вспоминает:

- Перед 1000-летием крещения Руси в Демиевской церкви подходит ко мне Матушка и громко говорит: «Христос Воскресе! Теперь тебя мучить не будут».

Тогда меня не прописывали в Киеве, я поехал к ней. Она глянула на меня и говорит: «Не бойся, иди, пропишут». И действительно, вскоре меня прописали.

Много помогала Матушка в судебных делах: по ее молитвам уменьшали сроки заключений; неправильно осужденных освобождали. Очень помогала Матушка в различных самых запутанных и неправильно оформленных денежных счетах. По ее молитвам все устраивалось, улаживалось и благополучно разрешалось.

Людей лечила приготовленной ею самой пищей и земляникой, из которой приготовляла мазь. Перед взрывом в Чернобыле предсказывала: «Потравят людей газом».

Из воспоминаний протоирея Анатолия Городинского:

- Впервые матушку Алипию мы встретили в 1974 году в церкви Вознесения на Демиевке. Ее нельзя было не заметить. По пути в церковь она всегда заходила в магазин и покупала много хлеба и булочек. Все это она клала на панихидный стол. И нас учила: «Всегда имейте при себе кусочек хлеба». Жила она в небольшом домике, в котором была одна комнатка и небольшой коридорчик, где помещались ее курочки и коты, которых она всегда держала... К Матушке приходили люди за молитвой, советом, благословением. Во всем этом нуждались и мы. Часто благословляла нас, давала нам много конфет. Мы возражали, зачем нам так много конфет, а она настаивала: «Это деткам». Но детей у нас не было долгих 10 лет. Верили мы Матушкиным словам, теперь мы многодетная семья. Господь послал нам радость по Матушкиным молитвам и нашим просьбам. Перед Чернобылем Матушка была очень беспокойная, всех, отправляя, домой, говорила: «Плотно закрывайте двери и окна, будет много газа». Многие спрашивали, что делать уезжать или оставаться в Киеве. Матушка никого не благословляла уезжать, а кто не послушался, потом жалел, там было ещё хуже. На вопрос как поступать с пищей говорила: «Помойте, прочитайте Отче наш и Богородицу, перекрестите и ешьте и будите здоровы».

Из воспоминаний Марии:

- Последнее воскресенье перед Пасхой — Вход Господень в Иерусалим на свои страдания. Ранним утром вспыхнул Чернобыль, который матушка видела еще зимой...

За два месяца до своей кончины никого больше не благословляла оставаться на ночь...

В субботу (29 октября) послала за мной. Сказала мне: «Пойди в нашу церковь, поставь свечи, но не зажигай, на утро пусть будут. Бери панихиду и беги в Лавру, ко мне больше не приходи».

В воскресенье 30 октября после обедни я пришла. Матушка была совсем слабенькая. Благословила всех вместе идти в Китаево: «Помолитесь святым и за меня помолитесь», предсказывая канонизацию 5 угодников Киево-Печерской Лавры.

Перед смертью старица просила у всех приходящих к ней прощение, просила приходить к ней на могилку и рассказывать о своих бедах и болезнях.

Из воспоминаний духовной дочери старицы:

- Незадолго до смерти было у Матушки много народа. Неожиданно она велела всем встать на колени и молчать. Неслышно отворились двери и, обращаясь к вошедшим, Матушка спросила: «Что пришли меня проведывать?» Все в благоговейном молчании стояли на коленях, пока Матушка вела тихую беседу с пришедшими. Кто они были и какую весть ей принесли - осталось тайной. Она ее не открыла, но после этого посещения чаще стала говорить о смерти: «Я умру, когда будет первый мороз и первый снег пойдет. Повезут меня на машине, похоронят в лесу». 29 октября я была у Матушки и сильно плакала: «Не стой и не плач, а иди и подавай во все храмы». И летели во все монастыри письма с просьбой молиться за нашу Матушку. Духовные чада даже ездили к старцу Н. далеко в Россию: «... яблоко созрело, оно не может больше оставаться на дереве и должно упасть» — ответил прозорливый старец, который знал матушку только духом.

30 октября был первый сильный заморозок, а вечером пошел крупный пушистый снег.

Когда раздавали Матушкины вещи, мне дали подушечку. И теперь, когда у меня начинается головная боль, я ложусь на эту подушечку, и боли прекращаются.

Царство небесное и вечная память, дорогая наша матушка Алипия за все труды твои, которые ты понесла в своей земной жизни за всех нас грешных.

Из воспоминаний Ермоленко Екатерины Ивановны:

- Во время отпевания от тела Матушки исходило сильное благоухание, руки были тёплые, и когда к ним прикладывались, на губах долго оставалось приятное благоухание.

Собранно уже не мало свидетельств об исцелении верующих по молитвам старицы.

Свидетельствует Людмила: «Я пекла бисквит, чтобы взять его на могилку и обожгла руку. Образовался большой волдырь, рука сильно болела. На могилке мы помолились, перекусили, а когда я приехала домой, то на руке уже ничего не было: ни волдыря, ни следа от ожогов и боли я никакой не чувствовала. Когда произошло исцеление, я не заметила, а увидела только результат.

Через год, уже в 2000-х-тысячном году на первой фаланге указательного пальца образовался плотный наростень, величиной с фасоль. Этот наростень очень мешал сгибать палец. Уже имея опыт исцеления от ожога, прикладываясь ко кресту на могилке, я попросила: «Матушка, а у меня пальчик болит!» и этим наростнем прикоснулась ко кресту.

Мы помолились... Через полчаса увидела, что нароста уже не было. Остался только покрасневший след — на память!

«На переносице у меня образовалась шишка величиной с лесной орех. Она постоянно увеличивалась и твердела, мешала носить очки. Матушка Дионисия уезжая, дала мне цветочек с могилки Матушки Алипии. Я стала ей молиться и прикладывать этот цветочек. Вскоре шишка незаметно исчезла. Господи, благослови». (Нина)

 

Блаженная старица Алипия, моли Бога о нас!

 

Блаженная Алипия была похоронена на Лесном кладбище(г. Киев ).

О посмертных чудесах Блаженной Алипии читайте здесь:

http://www.alipiya.orthodoxy.ru/13.htm 

 

Из письма р. Б. Аллы(2007): «... На кануне праздника Петра и Павла нам сообщили, что честные останки матушки Алипии перенесены с Лесного кладбища в Голосеево Пустынь мужской монастырь*. На следующее утро мы были в этом монастыре. После праздничной Литургии иереи открыли двери под спудом храма, где покоились мощи мат Алипии. Радости нашей не было границ: мощи были открыты для поклонения и мы по всем вопросам и просьбам знакомых беседовали с матушкой как с живой. После отслуженной панихиды мы ещё не один раз сподобились приложиться к мощам матушки Алипии и положили под раку все записочки с разного рода просьбами о молитвенной помощи перед Господом. Там же набрали святой воды и хотели прочитать акафист своими силами, на что иерей посоветовал, что это лучше сделать возле часовеньки. Часовенька была возведена духовными чадами на том самом месте, где был домик матушки, где она жила в Голосеево, молилась, принимала и лечила множество людей. Это в 100-200 метрах от монастыря. Когда идёшь или едешь в монастырь, то обязательно проезжаешь эту часовеньку

 Документы и свидетельства о мат. Алипии находятся в Синоде на рассмотрении вопроса о её канонизации, поэтому служатся только панихиды, а читать акафист благословляют у часовеньки или келейно дома. Также было отмечено, что не известно решение Синода оставить раку с мощами открытую или закрытую. Поэтому это величайшая милость Божия, что для духовных чад, которые знали матушку при жизни и те, что получили благоденственную помощь по её честной кончине, прикладываться к открытой раке всем любимой матушки.

Матушка Алипия для Киева, то же самое, что Блаженная Матрона для Москвы. Две великие старицы, два великих столпа православия. В первой книге, кажется и во второй не указано что мощи матушки Алипии почивают в Голосеево-Пустынь монастыре, поэтому нужно, читателям, почитателям матушки Алипии сообщить об этом, чтобы спешили поклониться мощам матушки и получили благословение и помощь, так всем нам необходимую в эти времена. Господи, по молитвам матушки Алипии спаси и сохрани нас!»

 

 

 

 

*По благословению настоятельницы Флоровского монастыря игумении Антонии тело старицы Алипии погребли на Флоровском участке Лесного кладбища.

На могилку Голосеевской старицы на Лесном кладбище со своими бедами и нуждами приходили тысячи людей. Особым почитанием стало пользоваться и место подвигов блаженной монахини Алипии, расположенное рядом с монастырем «Свято-Покровская Голосеевская Пустынь». Домик после смерти старицы разрушили, духовные чада старицы установили на его месте крест. В 2005 году Митрополит Киевский и всея Украины Владимир (Сабодан) благословил на этом месте построить часовню в честь Святителя Николая Чудотворца. В 2006 году братия монастыря и духовные чада монахини Алипии обратились к Предстоятелю Украинской Православной Церкви с ходатайством о перенесении честных останков подвижницы в мужской монастырь «Голосеевская Пустынь», на территории которого она жила и подвизалась последние девять лет своей жизни и возрождение которого предсказала за много лет до этого. Митрополит Владимир благословил перенести мощи Христа ради юродивой монахини Алипии (Авдеевой) в святую обитель.

18 мая 2006 года братия монастыря выехали на Лесное кладбище, наместник монастыря архимандрит Исаакий (Андроник) совершил краткую заупокойную литию, после чего приступили к раскопкам. В этот же день честные останки старицы Алипии были были перевезены в монастырь, здесь перед ними была соборно отслужена первая панихида.

На поклонение обретенным мощам пришли сотни людей, приехали паломники из разных городов Украины, а также - из России и Беларуси. Приветствуя собравшихся, настоятель Демиевской церкви в частности сказал, что духовным зрением матушка Алипия видела над Голосеевской Пустынью сонм Преподобных Печерских и Ангела-Хранителя разрушенной в советское время церкви «Живоносный Источник». В настоящее время собираются документы для канонизации блаженной монахини Алипии в лике святых. (По материалам газеты «Русский Вестник»).

 

 

Информация из отзывов: Чтобы добраться до Голосеевой пустыни нужно ехать от станции метро Голосеевская , там конечная остановка монастырского маршрутного автобуса, который курсирует по расписанию каждые 20 минут. 

Конечная остановка монастырского автобуса возле храма Трех Святителей напротив озера.

Так же по прежнему продолжает курсировать маршрутный автобус 212  остановка "Монастырь"

 

Очерк составлен по материалам книги "На пажити Богоматери

 Христа ради юродивая Киево-Печерской Лавры Монахиня Алипия, Воспоминания очевидцев". Составитель - Л. А. Некрашевич.Киев.2001г.

 

Contact Us Today!

Like us on Facebook 

Print Print | Sitemap
© Alla Lowe